Главная Учебная литература Что сделал фрэнсис дрейк. Фрэнсис Дрейк. Адмирал-пират. Интересные факты биографии. На пути в Калифорнию

Что сделал фрэнсис дрейк. Фрэнсис Дрейк. Адмирал-пират. Интересные факты биографии. На пути в Калифорнию

(1588). Первый англичанин, совершивший кругосветное плавание (в 1577-1580 гг.). Активный участник разгрома испанского флота (Непобедимой Армады) в Гравелинском сражении (1588): благодаря умелым действиям Дрейка англичанам удалось получить преимущество над превосходящими огневой мощью силами противника.

Детство и юность

Фрэнсис Дрейк владел усадьбой Баклэнд-Эбби в Йелвертоне , но родился в Кроундейле, недалеко от Тейвистока (Тенвистонн), в Девоншире в семье фермера (йомена) Эдмунда Дрейка, впоследствии ставшего священником. Всего в семье Дрейков было двенадцать детей, Фрэнсис был старшим. В 1549 семья Дрейка перебралась в Кент . В 12 лет стал юнгой на торговом корабле (барке). Он так полюбился владельцу судна, своему дальнему родственнику, что тот после смерти завещал корабль Дрейку, и тот в 18 лет стал полноправным капитаном.

Взрослая жизнь

В 1567 году отправился в плавание в Гвинею и Вест-Индию , командуя кораблём в работорговой экспедиции своего родственника Джона Хокинса . В ходе этой экспедиции, близ мексиканской крепости Сан-Хуан-де-Улуа, корабли англичан подверглись нападению испанцев, и большая их часть была потоплена. Уцелело лишь два корабля - Дрейка и Хокинса. Англичане потребовали у испанского короля, чтобы он заплатил им за потерянные корабли. Король, естественно, отказался. Тогда Дрейк объявил, что он возьмёт всё, что сможет, у короля Испании.

В 1572 году отправился в собственную экспедицию в испанские владения в Вест-Индии , захватил город Номбре-де-Дьос на Панамском перешейке , затем - несколько судов возле гавани Картахены . В ходе этого рейда Дрейк перехватил на Панамском перешейке испанский «Серебряный караван» (около 30 тонн серебра), направлявшийся из Панамы в Номбре-де-Дьос. 9 августа 1573 года Дрейк вернулся в Плимут богачом и известным всей Англии капитаном.

15 ноября 1577 года Дрейк был отправлен королевой Елизаветой в экспедицию к тихоокеанскому побережью Америки. Официальной целью путешествия было открытие новых земель, в частности, Австралии . На самом деле Дрейк должен был награбить как можно больше испанского золота и с этим грузом вернуться в Англию. Фрэнсис руководил флотилией, состоявшей из четырёх больших и двух малых вспомогательных кораблей (флагманское судно - «Пеликан»). Пройдя Магелланов пролив , Дрейк был отброшен штормом к югу от Огненной Земли , при этом выяснилось, что она не является частью Южного континента . Пролив между Антарктидой и Огненной Землёй позже был назван его именем.

После того, как флагман «Пеликан», единственный из всех судов «пробился» к Тихому океану, он был переименован в «Золотую лань ». Дрейк прошёл вдоль тихоокеанского побережья Южной Америки на север, атакуя испанские порты, в том числе Вальпараисо , а затем исследовал побережье значительно севернее испанских колоний, приблизительно до современного Ванкувера . 17 июня 1579 года Дрейк высадился, как предполагается, в районе Сан-Франциско (по другой гипотезе, в современном Орегоне) и объявил этот берег английским владением («Новый Альбион»).

После пополнения провизии и ремонта Дрейк пересёк Тихий океан и вышел к Молуккским островам . Обойдя Африку с юга, Дрейк вернулся в Англию 26 сентября 1580 года, привезя клубни картофеля и сокровища на 600 000 фунтов стерлингов, сумму, в два раза превышающую размер ежегодного дохода английского королевства. Дрейк был встречен как национальный герой, обласкан королевой, был удостоен рыцарского звания . Во время очередной экспедиции в Вест-Индию Дрейк разорил испанские гавани Виго , Санто-Доминго (на острове Гаити), Картахену (в Новой Гранаде) и Сан-Аугустин (во Флориде). В 1587 году прославился дерзким нападением на испанский порт Кадис .

В 1588 году он был одним из английских адмиралов, которые разбили испанскую Непобедимую армаду . После этого Дрейк предложил Елизавете I вернуть португальский престол изгнанному испанцами Антонио из Крату . Английская армада , возглавляемая Дрейком, захватила бы Лиссабон , но у них не было осадных орудий. Свою последнюю экспедицию в Вест-Индию совершил в 1595-1596 годах в компании с Джоном Хокинсом. Умер от дизентерии 28 января 1596 года недалеко от Пуэрто-Бельо (совр. Портобело в Панаме). Похоронен в океане в свинцовом гробу.

Дрейк дважды женился - в 1569 г. и 1585 г. (первая жена умерла в 1581 г.). У него не было детей, и все его состояние перешло к его племяннику.

Ведение боя

Сэр Фрэнсис Дрейк изменил ход ведения морского боя. Если раньше побеждал корабль с наибольшим количеством орудий, то после Дрейка приоритет был отдан скорости судна. На своем галеоне "Золотая Лань" Дрейк не раз доказывал это. Так, благодаря книппелям Дрейк обездвиживал противника и превращал его в стоячую мишень. В дальнейшем Дрейк начал использовать брандеры для значительных битв. Они активно применялись во время Гравелинского сражения .

В честь Фрэнсиса Дрейка

Имя Фрэнсиса Дрейка увековечено в географии : пролив между Огненной Землей и Антарктидой носит название пролив Дрейка .

В немецком городе Оффенбург, изваянный в камне в 1853 году художником Андре Фридрихом, великий корсар держал в руке цветок картофеля . Надпись на постаменте гласила: «Сэру Фрэнсису Дрейку, распространившему картофель в Европе. Миллионы земледельцев мира благословляют его бессмертную память. Это помощь беднякам, драгоценный дар Божий, облегчающий горькую нужду». В 1939 году памятник был уничтожен нацистами.

Изображен на британской почтовой марке 1973 года.

Издания произведений о походах Дрейка

1626 - Drake (Sir Francis) Baronet. Sir Francis Drake revived … by this relation of … a third voyage … set forth by Sir F. D., Baronet (his nephew), etc. London. 1626. 4°.
1628 - The World encompassed by Sir F. D., being his next voyage to that to Nombre de Dios. London. 1628. 4°.
1854 - (Очередное издание) The World encompassed. By Francis Fletcher. Edited by Wm. Sandys Wright Vaux. Map. (Hakluyt Soc. Pub., No. 17.) London. 1854. 8°. он был пьяницей и мало пил

Напишите отзыв о статье "Дрейк, Фрэнсис"

Литература

Примечания

Образ в кино

«Королева Елизавета » / «Les amours de la reine Élisabeth» (Франция; ) режиссёры Анри Дефонтен и Луи Меркантон , в роли Сэра Фрэнсиса Дрейка - Альбер Декор .

Ссылки

// Динамика атмосферы - Железнодорожный узел. - М . : Большая Российская энциклопедия, 2007. - С. 349. - (Большая российская энциклопедия : [в 35 т.] / гл. ред. Ю. С. Осипов ; 2004-, т. 9). - ISBN 978-5-85270-339-2 .
Губарев В. К. Удивительные экспедиции Фрэнсиса Дрейка // Пираты Карибского моря: Жизнь знаменитых капитанов. - М .: Эксмо; Яуза, 2009. - С. 28-43.
Губарев В. К. Фрэнсис Дрейк. - М.: Молодая гвардия, 2013.
Малаховский К. В. Кругосветный бег «Золотой лани». - М .: Наука, 1980.



До Колумба

Великие морские открытия

Конкистадоры

Нанесение на карту

Отрывок, характеризующий Дрейк, Фрэнсис

Опять Дохтурова посылают туда в Фоминское и оттуда в Малый Ярославец, в то место, где было последнее сражение с французами, и в то место, с которого, очевидно, уже начинается погибель французов, и опять много гениев и героев описывают нам в этот период кампании, но о Дохтурове ни слова, или очень мало, или сомнительно. Это то умолчание о Дохтурове очевиднее всего доказывает его достоинства.
Естественно, что для человека, не понимающего хода машины, при виде ее действия кажется, что важнейшая часть этой машины есть та щепка, которая случайно попала в нее и, мешая ее ходу, треплется в ней. Человек, не знающий устройства машины, не может понять того, что не эта портящая и мешающая делу щепка, а та маленькая передаточная шестерня, которая неслышно вертится, есть одна из существеннейших частей машины.
10 го октября, в тот самый день, как Дохтуров прошел половину дороги до Фоминского и остановился в деревне Аристове, приготавливаясь в точности исполнить отданное приказание, все французское войско, в своем судорожном движении дойдя до позиции Мюрата, как казалось, для того, чтобы дать сражение, вдруг без причины повернуло влево на новую Калужскую дорогу и стало входить в Фоминское, в котором прежде стоял один Брусье. У Дохтурова под командою в это время были, кроме Дорохова, два небольших отряда Фигнера и Сеславина.
Вечером 11 го октября Сеславин приехал в Аристово к начальству с пойманным пленным французским гвардейцем. Пленный говорил, что войска, вошедшие нынче в Фоминское, составляли авангард всей большой армии, что Наполеон был тут же, что армия вся уже пятый день вышла из Москвы. В тот же вечер дворовый человек, пришедший из Боровска, рассказал, как он видел вступление огромного войска в город. Казаки из отряда Дорохова доносили, что они видели французскую гвардию, шедшую по дороге к Боровску. Из всех этих известий стало очевидно, что там, где думали найти одну дивизию, теперь была вся армия французов, шедшая из Москвы по неожиданному направлению – по старой Калужской дороге. Дохтуров ничего не хотел предпринимать, так как ему не ясно было теперь, в чем состоит его обязанность. Ему велено было атаковать Фоминское. Но в Фоминском прежде был один Брусье, теперь была вся французская армия. Ермолов хотел поступить по своему усмотрению, но Дохтуров настаивал на том, что ему нужно иметь приказание от светлейшего. Решено было послать донесение в штаб.
Для этого избран толковый офицер, Болховитинов, который, кроме письменного донесения, должен был на словах рассказать все дело. В двенадцатом часу ночи Болховитинов, получив конверт и словесное приказание, поскакал, сопутствуемый казаком, с запасными лошадьми в главный штаб.

Ночь была темная, теплая, осенняя. Шел дождик уже четвертый день. Два раза переменив лошадей и в полтора часа проскакав тридцать верст по грязной вязкой дороге, Болховитинов во втором часу ночи был в Леташевке. Слезши у избы, на плетневом заборе которой была вывеска: «Главный штаб», и бросив лошадь, он вошел в темные сени.
– Дежурного генерала скорее! Очень важное! – проговорил он кому то, поднимавшемуся и сопевшему в темноте сеней.
– С вечера нездоровы очень были, третью ночь не спят, – заступнически прошептал денщицкий голос. – Уж вы капитана разбудите сначала.
– Очень важное, от генерала Дохтурова, – сказал Болховитинов, входя в ощупанную им растворенную дверь. Денщик прошел вперед его и стал будить кого то:
– Ваше благородие, ваше благородие – кульер.
– Что, что? от кого? – проговорил чей то сонный голос.
– От Дохтурова и от Алексея Петровича. Наполеон в Фоминском, – сказал Болховитинов, не видя в темноте того, кто спрашивал его, но по звуку голоса предполагая, что это был не Коновницын.
Разбуженный человек зевал и тянулся.
– Будить то мне его не хочется, – сказал он, ощупывая что то. – Больнёшенек! Может, так, слухи.
– Вот донесение, – сказал Болховитинов, – велено сейчас же передать дежурному генералу.
– Постойте, огня зажгу. Куда ты, проклятый, всегда засунешь? – обращаясь к денщику, сказал тянувшийся человек. Это был Щербинин, адъютант Коновницына. – Нашел, нашел, – прибавил он.
Денщик рубил огонь, Щербинин ощупывал подсвечник.
– Ах, мерзкие, – с отвращением сказал он.
При свете искр Болховитинов увидел молодое лицо Щербинина со свечой и в переднем углу еще спящего человека. Это был Коновницын.
Когда сначала синим и потом красным пламенем загорелись серники о трут, Щербинин зажег сальную свечку, с подсвечника которой побежали обгладывавшие ее прусаки, и осмотрел вестника. Болховитинов был весь в грязи и, рукавом обтираясь, размазывал себе лицо.
– Да кто доносит? – сказал Щербинин, взяв конверт.
– Известие верное, – сказал Болховитинов. – И пленные, и казаки, и лазутчики – все единогласно показывают одно и то же.
– Нечего делать, надо будить, – сказал Щербинин, вставая и подходя к человеку в ночном колпаке, укрытому шинелью. – Петр Петрович! – проговорил он. Коновницын не шевелился. – В главный штаб! – проговорил он, улыбнувшись, зная, что эти слова наверное разбудят его. И действительно, голова в ночном колпаке поднялась тотчас же. На красивом, твердом лице Коновницына, с лихорадочно воспаленными щеками, на мгновение оставалось еще выражение далеких от настоящего положения мечтаний сна, но потом вдруг он вздрогнул: лицо его приняло обычно спокойное и твердое выражение.
– Ну, что такое? От кого? – неторопливо, но тотчас же спросил он, мигая от света. Слушая донесение офицера, Коновницын распечатал и прочел. Едва прочтя, он опустил ноги в шерстяных чулках на земляной пол и стал обуваться. Потом снял колпак и, причесав виски, надел фуражку.
– Ты скоро доехал? Пойдем к светлейшему.
Коновницын тотчас понял, что привезенное известие имело большую важность и что нельзя медлить. Хорошо ли, дурно ли это было, он не думал и не спрашивал себя. Его это не интересовало. На все дело войны он смотрел не умом, не рассуждением, а чем то другим. В душе его было глубокое, невысказанное убеждение, что все будет хорошо; но что этому верить не надо, и тем более не надо говорить этого, а надо делать только свое дело. И это свое дело он делал, отдавая ему все свои силы.
Петр Петрович Коновницын, так же как и Дохтуров, только как бы из приличия внесенный в список так называемых героев 12 го года – Барклаев, Раевских, Ермоловых, Платовых, Милорадовичей, так же как и Дохтуров, пользовался репутацией человека весьма ограниченных способностей и сведений, и, так же как и Дохтуров, Коновницын никогда не делал проектов сражений, но всегда находился там, где было труднее всего; спал всегда с раскрытой дверью с тех пор, как был назначен дежурным генералом, приказывая каждому посланному будить себя, всегда во время сраженья был под огнем, так что Кутузов упрекал его за то и боялся посылать, и был так же, как и Дохтуров, одной из тех незаметных шестерен, которые, не треща и не шумя, составляют самую существенную часть машины.
Выходя из избы в сырую, темную ночь, Коновницын нахмурился частью от головной усилившейся боли, частью от неприятной мысли, пришедшей ему в голову о том, как теперь взволнуется все это гнездо штабных, влиятельных людей при этом известии, в особенности Бенигсен, после Тарутина бывший на ножах с Кутузовым; как будут предлагать, спорить, приказывать, отменять. И это предчувствие неприятно ему было, хотя он и знал, что без этого нельзя.
Действительно, Толь, к которому он зашел сообщить новое известие, тотчас же стал излагать свои соображения генералу, жившему с ним, и Коновницын, молча и устало слушавший, напомнил ему, что надо идти к светлейшему.

Кутузов, как и все старые люди, мало спал по ночам. Он днем часто неожиданно задремывал; но ночью он, не раздеваясь, лежа на своей постели, большею частию не спал и думал.
Так он лежал и теперь на своей кровати, облокотив тяжелую, большую изуродованную голову на пухлую руку, и думал, открытым одним глазом присматриваясь к темноте.
С тех пор как Бенигсен, переписывавшийся с государем и имевший более всех силы в штабе, избегал его, Кутузов был спокойнее в том отношении, что его с войсками не заставят опять участвовать в бесполезных наступательных действиях. Урок Тарутинского сражения и кануна его, болезненно памятный Кутузову, тоже должен был подействовать, думал он.
«Они должны понять, что мы только можем проиграть, действуя наступательно. Терпение и время, вот мои воины богатыри!» – думал Кутузов. Он знал, что не надо срывать яблоко, пока оно зелено. Оно само упадет, когда будет зрело, а сорвешь зелено, испортишь яблоко и дерево, и сам оскомину набьешь. Он, как опытный охотник, знал, что зверь ранен, ранен так, как только могла ранить вся русская сила, но смертельно или нет, это был еще не разъясненный вопрос. Теперь, по присылкам Лористона и Бертелеми и по донесениям партизанов, Кутузов почти знал, что он ранен смертельно. Но нужны были еще доказательства, надо было ждать.
«Им хочется бежать посмотреть, как они его убили. Подождите, увидите. Все маневры, все наступления! – думал он. – К чему? Все отличиться. Точно что то веселое есть в том, чтобы драться. Они точно дети, от которых не добьешься толку, как было дело, оттого что все хотят доказать, как они умеют драться. Да не в том теперь дело.
И какие искусные маневры предлагают мне все эти! Им кажется, что, когда они выдумали две три случайности (он вспомнил об общем плане из Петербурга), они выдумали их все. А им всем нет числа!»
Неразрешенный вопрос о том, смертельна или не смертельна ли была рана, нанесенная в Бородине, уже целый месяц висел над головой Кутузова. С одной стороны, французы заняли Москву. С другой стороны, несомненно всем существом своим Кутузов чувствовал, что тот страшный удар, в котором он вместе со всеми русскими людьми напряг все свои силы, должен был быть смертелен. Но во всяком случае нужны были доказательства, и он ждал их уже месяц, и чем дальше проходило время, тем нетерпеливее он становился. Лежа на своей постели в свои бессонные ночи, он делал то самое, что делала эта молодежь генералов, то самое, за что он упрекал их. Он придумывал все возможные случайности, в которых выразится эта верная, уже свершившаяся погибель Наполеона. Он придумывал эти случайности так же, как и молодежь, но только с той разницей, что он ничего не основывал на этих предположениях и что он видел их не две и три, а тысячи. Чем дальше он думал, тем больше их представлялось. Он придумывал всякого рода движения наполеоновской армии, всей или частей ее – к Петербургу, на него, в обход его, придумывал (чего он больше всего боялся) и ту случайность, что Наполеон станет бороться против него его же оружием, что он останется в Москве, выжидая его. Кутузов придумывал даже движение наполеоновской армии назад на Медынь и Юхнов, но одного, чего он не мог предвидеть, это того, что совершилось, того безумного, судорожного метания войска Наполеона в продолжение первых одиннадцати дней его выступления из Москвы, – метания, которое сделало возможным то, о чем все таки не смел еще тогда думать Кутузов: совершенное истребление французов. Донесения Дорохова о дивизии Брусье, известия от партизанов о бедствиях армии Наполеона, слухи о сборах к выступлению из Москвы – все подтверждало предположение, что французская армия разбита и сбирается бежать; но это были только предположения, казавшиеся важными для молодежи, но не для Кутузова. Он с своей шестидесятилетней опытностью знал, какой вес надо приписывать слухам, знал, как способны люди, желающие чего нибудь, группировать все известия так, что они как будто подтверждают желаемое, и знал, как в этом случае охотно упускают все противоречащее. И чем больше желал этого Кутузов, тем меньше он позволял себе этому верить. Вопрос этот занимал все его душевные силы. Все остальное было для него только привычным исполнением жизни. Таким привычным исполнением и подчинением жизни были его разговоры с штабными, письма к m me Stael, которые он писал из Тарутина, чтение романов, раздачи наград, переписка с Петербургом и т. п. Но погибель французов, предвиденная им одним, было его душевное, единственное желание.

Сэр Фрэнсис Дрейк (англ. Francis Drake; около 1540 - 28 января 1596) - английский мореплаватель, корсар, вице-адмирал (1588). Первый англичанин, совершивший кругосветное плавание (в 1577-1580 гг.). Активный участник разгрома испанского флота (Непобедимой Армады) в Гравелинском сражении (1588), благодаря умелым действиям Дрейка, англичанам удалось получить преимущество над превосходящими огневой мощью силами противника.

Казалось бы, дело чести и долга любой царствующей особы - бороться с пиратами и всякого рода иными разбойниками.

Вроде бы, очевидно также, что удел пирата - всячески опасаться сильных мира сего или, по крайней мере, избегать встреч с ними.

Но история знает совсем иные примеры.

Один из них свидетельствует об удивительном, на первый взгляд даже невозможном и все же абсолютно закономерном союзе двух людей из далекого прошлого.

Она - не кто иная, как ее величество английская королева. Он - без сомнения, самый настоящий пират, закоренелый морской разбойник.

Но, тем не менее, она благоволила ему и даже подарила шелковый шарф с вышитыми золотом словами: «Пусть всегда хранит и направляет тебя Бог». Вручая ему меч накануне опасного плавания, она сказала: «Мы считаем, что тот, кто нанесет удар тебе… нанесет его нам».

Да и могло ли быть иначе, если ее величество, выражаясь современным языком, «вошла в долю» со знаменитым пиратом, стала его «спонсором», требуя при этом держать в строгой тайне ее личное участие в «коммерческой» сделке...

Автор Marcus Gheeraerts the Elder (1520–1590). Название English: The Wanstead or Welbeck Portrait of Elizabeth I or The Peace Portrait of Elizabeth I. Дата между 1580 и 1585. Техника масло по дереву. Размеры 45,7 × 38,1 см

Шел XVI век. До выработки норм международного права по борьбе с пиратством оставалось несколько столетий, и на морях процветал захват судов с целью наживы. Так-то оно так; но склонить монархиню одного из крупнейших европейских государств к поощрению и финансированию разбойничьего промысла - это и тогда было далеко не просто...

А вот сэр Фрэнсис Дрейк сумел это сделать. Около двадцати лет «железный пират», как его позднее называли, грабил при содействии своей могущественной покровительницы. Он был посвящен в рыцари, стал национальным героем…

Но нам Дрейк интересен не только и не столько этим. Во время очередного грабительского плавания, стремясь избежать встречи с разъяренным противником, пират вынужден был искать новый путь на родину. Это путь, длиной почти в три года, оказался... вторым в истории кругосветным плаванием!..

Дрейк появился на свет в 1545 году на юге Англии, - в островной стране, где профессия моряка издавна была в почете, где, по преданию, начали строить корабли чуть ли не с момента заселения Британских островов.

На корабле, где его отец служил судовым священником, частенько бывал в первые годы своей жизни маленький Фрэнсис. Когда ему было не более десяти лет, отец определил сына юнгой на торговый корабль.

Очевидно, мальчик был трудолюбив и настойчив в овладении искусством судовождения. Во всяком случае, он явно приглянулся старому капитану, не имевшему семьи и завещавшему свое судно после смерти Фрэнсису. Это случилось в 1561 году, вследствие чего Дрейк стал капитаном и владельцем небольшого корабля уже в шестнадцать лет.

Что же делал в столь юном возрасте будущий капер (так называют пиратов, поддерживаемых правительствами своих стран), обладая судном и навыками его вождения? Отвечая на этот вопрос, необходимо отметить, что Дрейк жил в то время, когда Испания, владея большими и богатыми территориями в Новом Свете, стала могущественнейшей из империй мира.

Ежегодно из Америки в прямом и в переносном смысле приплывали несметные драгоценности, обогащая испанскую казну. Это, конечно же, не могло не вызывать раздражения и зависти у других европейских монархов. Лавры Испании особенно не давали покоя Англии, стране мореходов...

Испанцы жестоко расправлялись с любыми европейцами, пытавшимися высадиться на берегах их американских владений. И все же, некоторые расчетливые английские дельцы умудрялись найти лазейку...
Один из них, некий Джон Хокинс, с благословения все той же королевы - Елизаветы I - предложил услуги посредника в полуофициальной торговле рабами из Африки между Португалией и Испанией. С этой миссией в 1566 году берега Вест-Индии и посетила очередная английская экспедиция. А вспоминаем мы это потому, что одним из ее участников был молодой Фрэнсис Дрейк.

Судя по всему, первое трансатлантическое плавание Дрейка, несмотря на его рядовую роль в экспедиции, явно пошло ему на пользу. Ведь здесь он получил первое боевое крещение. Захват возле берегов Гвинеи нескольких португальских кораблей с рабами, переход через океан к берегам Колумбии, завуалированные работорговые сделки с местными испанскими властями…

Навыки такой «работы» пригодились Дрейку очень скоро. Вернувшись в 1567 году домой, он пробыл на родине всего шесть недель - и собрался в новое плавание. Не сложно догадаться, что снова к берегам Америки.

2 октября 1567 г. флотилия из шести судов, возглавляемая Хокинсом, покинула Англию. На этот раз одним из небольших парусников командовал Фрэнсис Дрейк. 22-летний капитан принимает активное участие в сражениях на море и на суше, с целью добыть рабов. После некоторых неудач, в конце концов, англичанам удается захватить около полутысячи человек.

С грузом «черного товара» корабли приходят в Карибское море. Здесь, на многочисленных островах, сочетая искусство дипломата и воина, Хокинс проводит несколько выгодных торговых сделок.

Почти завершив задуманное, он собрался было возвращаться домой, но тут разыгрался страшный шторм, длившийся несколько дней. Не успев от него опомниться, английские корабли попадают под новые ураганные удары ветра и волн. В результате, Хокинс вынужден задержаться в одном из портов для ремонта и восстановления сил.

И надо же такому случиться, - именно в это время сюда прибывает испанская эскадра, состоящая из 13 кораблей. Внешне соблюдая приличия, несколько дней испанцы и англичане проводят дипломатические переговоры, обмениваются любезными письмами. Тщательно скрывая истинные намерения, они пытаются перехитрить друг друга...

В этот раз берут верх испанцы. Стянув к берегу войска, вопреки всем заверениям своих официальных лиц, они нападают на английские суда...

Произошло ожесточенное сражение, вследствие которого относительно целым в Англию вернулось только одно судно - Дрейка.

На нем было 65 человек. Через несколько дней, правда, появился еще один корабль - Хокинса. Но на нем оставалось в живых лишь 15 моряков. Это были все, кто уцелел из 500 человек экспедиции...

Биографы Дрейка утверждают, что за всю свою жизнь он так и не смог простить испанцам проявленного ими тогда коварства.

Но так ли уж безвинны были и англичане? Скорее всего, имела место ситуация, в которой один вор обманул другого вора.

И все же, если бы испанцы знали, какого дьявола они разбудили!

Властный и раздражительный, с бешеным характером, жадный, мстительный Дрейк действительно запомнил произошедшее с ним и стал тщательнейшим образом готовиться к расплате...

Это не было мелкой местью обиженного юноши. Речь шла о продуманной стратегии морского террора по отношению ко всем испанским кораблям - с возможным переносом боевых действий на территорию испанских владений в Новом Свете. По сути, молодой капитан послал вызов самому могущественному в то время монарху мира.

Готовясь осуществить задуманное, Дрейк, не афишируя, совершает в 1569-1571 гг. еще два плавания в Америку. То были своеобразные рекогносцировочные походы с созданием секретных продовольственных складов на берегах Панамы. Проведя, таким образом, разведку, в мае 1572 года Дрейк на двух кораблях вновь отправляется в путь через Атлантику к давно намеченному пункту.

Он плывет к Номбре-де-Диос - одному из портов на Атлантическом побережье, названному пиратами «сокровищницей мира». Сюда ежегодно доставлялись все драгоценности, добытые на перуанских рудниках, для дальнейшей их отправки в Испанию.

Высадившись на берег, Дрейк предпринял штурм города, во время которого был ранен. Капитана, потерявшего много крови, моряки отнесли на корабль, забыв на какое-то время про свою главную цель - разграбление городских богатств. Очевидно, что уже тогда Дрейк пользовался среди них популярностью, и они готовы были следовать за своим 27-летним предводителем хоть на край света.

Покинув город и остановившись на одном из островов, англичане отдыхали, залечивали полученные раны. Встретив там же беглых рабов, Дрейк сумел привлечь и их на свою сторону. Рабы сообщили ему, что через несколько месяцев в Номбре-де-Диос ожидается караван с золотом.

В ожидании этого события капитан предпринимает плавания вдоль берегов Америки, захватывая по пути испанские суда. В одной из стычек погибает один из его одиннадцати братьев, затем умирает от болезни другой. Но ни собственные ранения, ни смерть близких не могут остановить Дрейка.

Вместе с группой матросов и беглых рабов он совершает многодневный пеший переход по Панамскому перешейку, готовя засаду для каравана с золотом. Во время этого похода он со своими спутниками первым среди британцев увидел «Испанское озеро» - Тихий океан.

После многодневного пути в полумраке тропического леса, взволнованный чудесным зрелищем, Дрейк поклялся, что «пройдет на британском корабле по этому морю». Он и не подозревал, что через несколько лет ему действительно доведется это сделать...

Но пока что капитан успешно проводит давно задуманную операцию по захвату испанского каравана и впервые лично завоевывает богатую добычу. При этом он не теряется в самых, казалось бы, безвыходных ситуациях.

Когда, например, испанские колониальные власти начали патрулировать побережье, чтобы не дать уйти Дрейку с награбленным, тот приказал соорудить деревянный плот.

На нем он вместе с несколькими людьми вышел в море и, умудрившись проскочить испанский кордон, через шесть часов плавания нашел свои корабли. Ночью они незаметно подошли к берегу и забрали драгоценный груз.

Сокровища, привезенные Дрейком на родину в 1573 году, сделали его состоятельным человеком. Теперь он перестал зависеть от богатых судовладельцев, да и уверенности у него прибавилось.

Возможно, этому способствовали и его успехи на государственной службе, - Дрейк отличился в подавлении ирландского восстания.

На него обратили внимание в высших кругах. И когда, готовясь к войне с Испанией, в Англии начали разрабатывать план морских экспедиций, Фрэнсис Дрейк был вызван для консультаций.

Высказав свое мнение о том, что удар следует нанести по испанским владениям в Америке, он вскоре получил секретную аудиенцию у королевы.

Елизавета полностью поддержала замыслы Дрейка. Более того, именно тогда, очевидно, и состоялась первая сделка Дрейка на государственном уровне.

Королева, изъявив желание принять личное участие в планируемом мероприятии, тайно внесла значительную сумму денег. Понятно, что это было сделано не только из патриотических побуждений. Ее величество рассчитывала на немалую личную долю от будущей добычи, захваченной у испанцев благословленным ею пиратом.

В середине 1577 г., получив звание контр-адмирала, 32-летний Фрэнсис Дрейк с флотилией из пяти кораблей и более чем 160 человеками экипажа вышел из Плимута в море. Зная задачи, поставленные перед Дрейком, наше воображение не может сегодня не рисовать образы величественных огромных парусников.
«Золотая лань» - бессменный флагман Дрейка
Галеон (исп. galeón, также галион, от фр. galion) - большое многопалубное парусное судно XVI-XVIII веков с достаточно сильным артиллерийским вооружением, использовавшееся как военное и торговое.

Но на самом деле длина крупнейшего из пяти кораблей, флагмана, получившего впоследствии название «Золотая лань», была всего 23 м при ширине менее 6 м! И на таком-то судне Дрейку предстояло провести, как оказалось, многие месяцы в течение трех ближайших лет.
Современная модель галеона «Золотая лань» в Бриксхэме

Впрочем, адмирал не придерживался аскетизма - даже в море. Его каюта была отделана и обставлена с большой роскошью. Капер пользовался посудой из чистого серебра; во время еды его слух услаждали своей игрой музыканты, за креслом Дрейка стоял паж…

О том, как происходило знаменитое плавание, мы знаем благодаря корабельному священнику, составившему его подробное описание.

Ограбив по дороге несколько испанских кораблей, пройдя длинный путь из Северного в Южное полушарие, в апреле 1578 г. флотилия благополучно прибыла к берегам Южной Америки. Продвигаясь на юг вдоль восточного побережья Аргентины, англичане неоднократно встречались с местными коренными жителями - патагонцами.

Они, как замечает свидетель событий, «оказались добродушными людьми и проявили столько жалостливого участия к нам, сколько мы никогда не встречали и среди христиан».

Это сравнение интересно еще и тем, что вскоре между христианами, т. е., между участниками экспедиции, возник инцидент, завершившийся казнью знатного и богатого человека, Томаса Доути. Таково было решение адмирала Дрейка, который не без оснований заподозрил Доути в попытке сорвать плавание.
В августе флотилия вошла в извилистый и сложный для плавания Магелланов пролив, путь через который продолжался две с половиной недели.

Наконец, показались необозримые водные просторы, по которым некогда мечтал пройти на английском корабле Дрейк.

Заметим, что одна из гипотез о происхождении названия крупнейшего океана Земли связана с именем Магеллана. Якобы, именно благодаря тому, что хорошая погода благоприятствовала плаванию этого португальца, океан и был назван соответствующе - Тихий. Если это правда, то, думается, побывай Дрейк здесь раньше Магеллана, океан имел бы совершенно другое название.

Об этом достаточно красноречиво свидетельствуют сохранившиеся воспоминания очевидца: «Не успели мы выйти в это море... для нас оказавшееся Бешеным, как началась такая неистовая буря, какой мы еще не испытывали... Ветер был такой силы, что, казалось, дуют все ветры земли одновременно.

Казалось также, что все тучи на небе собрались в одном месте, чтобы обрушить на нас ливень. Корабль наш то подкидывало, как игрушку, на гребни гигантских волн, то с такой же стремительностью бросало в морскую бездну». Жестокий шторм продлился 52 дня почти без передышки и завершился только в конце октября.

В итоге - из трех имевшихся тогда в распоряжении Дрейка кораблей один со всем экипажем погиб, другой, отброшенный бурей обратно в Магелланов пролив, решил более не испытывать судьбу и, выбравшись в Атлантический океан, возвратился в Англию. А что же сам адмирал?

Именно корабль Дрейка уцелел. Судьба? Очень может быть. Но не будем забывать, что Дрейк, несомненно, был моряком по призванию. Он очень интересовался книгами по судоходству, испытывая особую страсть к географическим картам. На каждом захваченном судне первой добычей пирата становились, прежде всего, карты и навигационные приборы.

Небезынтересно также то, что он внимательно изучал книгу Магеллана, не расставаясь с ней. Возможно, все это сыграло роль в том, что корабль адмирала не постигла трагическая участь.

Правда, судно отнесло штормом далеко на юг. Но, не произойди этого, Дрейк не сделал бы важного открытия. Понимая, что люди измучены и нуждаются в отдыхе, он останавливается на несколько дней на одном из островов Огненной Земли.
Огненная Земля (Исла-Гранде де Тьерра дель Фуэго, исп. Isla Grande de Tierra del Fuego; буквально «Большой остров Огненной Земли») - остров у южной оконечности Южной Америки, от которой его отделяет Магелланов пролив, в составе архипелага Огненная Земля.

Этот архипелаг был открыт еще Магелланом. Но именно моряки английского капера впервые усмотрели, что «в южном направлении не было видно ни материка, ни острова, лишь Атлантический океан и Южное море встречались на... вольном просторе».

Так Дрейк невольно открыл, что Огненная Земля - последняя суша у южной оконечности Южной Америки и что за ней простирается открытое море.

Уже в XIX веке, после открытия Антарктиды, проход между ней и Огненной Землей, соединяющий два самых крупных океана планеты - Атлантический и Тихий, назвали проливом Дрейка. Заметим, что это самый широкий (до 1120 км) пролив на Земле.

Не имея возможности преодолеть господствующие в этих широтах западные ветры, адмирал взял курс на север. Он надеялся соединиться с пропавшими кораблями своей эскадры в условленном месте на западном побережье Чили (в Вальпараисо).

Стояло лето Южного полушария, океан был спокоен, небо безоблачно. Но, как бы в противовес умиротворяющей природе, во время одной из высадок на берег для пополнения запасов пресной воды и продуктов на группу матросов во главе с адмиралом внезапно напали индейцы.

Двое англичан были убиты, остальные ранены. Досталось и Дрейку, получившему стрелу в лицо. Такую, ничем не спровоцированную, враждебность адмирал объяснил тем, что индейцы приняли их за испанцев. Интересно, что за неимением в экспедиции врача (он умер), Дрейк сам занялся лечением многочисленных раненых. Очевидно, он был в какой-то мере сведущ и во врачебном искусстве...

Мореплаватель продолжил свой путь на север, стараясь не вступать в конфликт с местными племенами, поскольку предусмотрительно рассчитывал привлечь их на свою сторону в борьбе с испанцами.

Его надежды оправдались. Вскоре именно индейцы показали англичанам дорогу в гавань Вальпараисо, где царили мир, спокойствие... и полное отсутствие бдительности. Ведь здесь никогда еще не видели иных судов, кроме испанских.

Поэтому пиратский корабль поначалу приняли за свой и даже салютовали ему флагами и барабанной дробью. Можно представить себе шок испанцев, когда в собственном «доме» они подверглись дерзкому и смелому налету! Англичане довольно быстро завладели стоявшим в гавани испанским судном, а затем разграбили город.

Покончив с привычным делом, Дрейк распорядился отпустить всех захваченных испанских моряков. Подобные широкие жесты, судя по описаниям его похождений, он проделывал многократно. Иногда он даже одаривал из награбленного помилованных им противников.

Очевидно, у этого человека с крутым, как его характеризовали современники, бешеным характером, все же был свой кодекс чести.

Может быть, из-за таких, как Дрейк, и появилось выражение «джентльмены удачи». Ибо, несомненно, далеко не будучи ангелом, он не соответствовал и образу кровожадного душегуба...

Первое нападение на испанцев в Тихом океане принесло Дрейку немалые барыши, и он с вдохновением продолжил предназначенную ему миссию. Чрезвычайно интересны английские описания того, как происходила «экспроприация экспроприаторов». Однажды англичане нашли на берегу спящего испанца, возле которого лежали слитки серебра.

Свидетель пишет: «Нам никак не хотелось его будить, но, против нашей воли, мы доставили ему эту неприятность, так как решили освободить его от заботы, которая, чего доброго, в другой раз и не позволила бы ему заснуть, и покинули его, взяв его ношу, чтобы она не беспокоила его больше и он мог бы продолжать свой сон спокойно».

В другом случае, по поводу встречи с испанцем, погонявшим небольшой караван груженных серебром животных, англичанин замечает: «Мы не могли допустить, чтобы испанский джентльмен превратился в погонщика, и потому, без просьбы с его стороны, сами предложили свои услуги… но так как он не мог хорошо показать дорогу… мы с ним расстались…». Какой изысканный стиль! Как, оказывается, витиевато можно описать самое обычное ограбление!..

Да, Дрейку не откажешь в смелости, нередко переходившей в дерзость... Наведавшись как-то в один из испанских портов на западном берегу Южной Америки, пират умудрился под покровом ночи проникнуть в гавань, где стояло 30 кораблей противника.

Воспользовавшись тем, что команды находились на берегу, Дрейк со своими людьми «осмотрел» суда.

При этом, переходя с корабля на корабль, он рубил якорные канаты, рассчитывая на то, что сдвинутые приливом суда внесут сумятицу в стан врага и дадут возможность «Золотой лани» уйти на безопасное расстояние. Так впоследствии и случилось...

Продолжая успешное продвижение на север, английский адмирал-пират не мог не обратить внимания на неточность захваченных им испанских карт. Всякий раз, когда Дрейк, руководствуясь ими, поворачивал на северо-запад, он терял берег из виду. Внося исправления в карты, Дрейк «срезал» сотни тысяч квадратных километров несуществующей территории.

Его двоюродный брат Джон по поручению своего начальника постоянно делал зарисовки берегов тех гаваней, куда заходил корабль. В итоге, именно после плавания Дрейка Южная Америка приняла на картах более правильные, знакомые нам сегодня очертания.

Тем временем, слухи о «дьяволе Дрейке» распространились по всему побережью. Испанцы пытались даже преследовать «Лань», но та была неуловима.

Продолжая искать свои пропавшие корабли, адмирал заходил во все устья рек и бухты. Наконец, смирившись с потерей, он начал думать о возвращении домой. Но путей оказалось не так много. Дрейк полагал, что у Магелланова пролива его будут подстерегать испанцы (так оно и было).

Скорее всего, не без основания думал пират, и у Молуккских островов ему приготовлена встреча. Добавим, что испанские власти послали военные корабли также в Карибское море.

Это было сделано на тот случай, если Дрейк, бросив свой корабль в Тихом океане, задумает пересечь Панамский перешеек и постарается уйти в Англию на каком-либо захваченном им судне через Атлантику.

Итак, поскольку дороги на юг и запад были, по всей вероятности, закрыты, Дрейк выбрал третий, северный путь, решив обойти Америку там, где никто еще морским путем не ходил. Адмирал сообщил об этом команде.

При этом он произнес вполне патриотическую речь, заметив, что подобное решение обусловлено не только желанием сократить срок возвращения домой, но и возможностью принести славу своей стране новыми открытиями.

Дальнейшая дорога «Золотой лани» пролегла вдоль берегов Центральной и затем Северной Америки. При этом Дрейк действовал по своей обычной схеме, захватывая и грабя попадавшиеся по дороге корабли.

Невеселое настроение моряков усугубляла отвратительная погода. Постепенно стало очень холодно, часто шел дождь со снегом. Снасти покрывались слоем льда, который крайне осложнял управление кораблем. Налетали шквальные ветры, а в тихую погоду густые туманы захватывали в свои объятия корабль; подолгу приходилось стоять на одном месте.

Добавим сюда нередкое, при плохой погоде, отсутствие возможности определить местоположение корабля. Все это, конечно же, не могло не породить у моряков сомнений по поводу избранного пути. Лишь их глава, как всегда, сохранял спокойствие и бодрость духа, подбадривая людей.

Но когда было достигнуто, на широте 48°, то место Тихоокеанского побережья Северной Америки, где до этого не бывал ни один европейский корабль, - бесстрашный капитан решил прекратить продвижение к северу.

Идея обогнуть Северную Америку с севера была отброшена, и англичане приготовились плыть на запад. Но прежде, спустившись в более южные широты, в июне 1579 года у 38° С. ш. они высадились на берег для ремонта корабля и отдыха экипажа.

Здесь произошла очередная встреча с местными индейцами. Те не проявляли враждебных намерений, - более того, с изумлением смотрели на пришельцев, явно принимая их за богов. «Боги» же, раздавая подарки, старались жестами показать, что нуждаются в пище и воде.

Несколько следующих недель, проведенных здесь англичанами, не только не разубедили индейцев, а, наоборот, еще более укрепили их убежденность в божественном происхождении гостей. В конце концов, все закончилось весьма торжественной церемонией добровольной передачи власти вождя индейцев «главному богу» по имени Фрэнсис Дрейк.

Воспользовавшись сложившейся ситуацией, адмирал решил присоединить к английским владениям открытую им страну, назвав ее «Новым Альбионом». Это и было засвидетельствовано в тексте, вырезанном на медной пластине. Пластину закрепили на высоком столбе. Вместо печати Дрейк вставил в столб серебряную монету с изображением королевы и ее герба.

В конце июля, распрощавшись с Америкой, Дрейк взял курс к Молуккским островам. Но прибыл он туда более, чем через три месяца. По дороге у англичан были небольшие стычки с островитянами. Однако, в отличие от Магеллана, вмешавшегося в междоусобную войну племен и погибшего на Филиппинских островах, Дрейку, несомненно, повезло значительно больше.

При выходе в Индийский океан английских путешественников ждало очередное серьезное испытание. Сначала к югу от индонезийского острова Сулавеси Дрейк в поисках выхода месяц блуждал в лабиринте мелких островков, рифов и мелей.

А когда казалось, что путь уже найден, страшный удар потряс «Лань», налетевшую на подводную скалу. Положение было настолько серьезным, что вся команда пала ниц, началась общая молитва.

А что же делал в это время Дрейк? Неужто, подобно своим соотечественникам, решил положиться на Господа? Ничего подобного. Невозмутимый адмирал объявил команде, что молитвами делу не поможешь, заставил всех работать - и сумел-таки спасти «Золотую лань»...

Как бы в награду за мужество, весь путь англичан по Индийскому океану проходил при попутном ветре и хорошей погоде. Обогнув в середине июня африканский мыс Доброй Надежды, 26 сентября 1580 года корабль Дрейка подошел к родным берегам.

Так, спустя два года и 10 месяцев после отплытия, закончилось первое английское кругосветное плавание. Кроме того, это был первый в истории случай, когда капитан, начавший кругосветное плавание, сумел успешно его и закончить.

Но главный успех, с точки зрения Дрейка, состоял в том, что, нанеся ощутимый ущерб испанской короне, обладательница английской короны получила огромные ценности. И он не ошибся. Елизавета не могла не остаться довольной результатами похода «королевского пирата», который оказался самым доходным из всех когда-либо совершенных путешествий. Еще бы, - 4700 % прибыли!

Это был более чем весомый аргумент для того, чтобы не отдать голову Дрейка испанскому королю, как тот яростно требовал. Более того, адмирал стал национальным героем, которому рукоплескала вся Англия. Люди ежедневно собирались на улицах, чтобы увидеть его.

В его честь поэты слагали стихи… Вершиной же почестей стала состоявшаяся на борту «Золотой лани» торжественная церемония, когда под трубные звуки и бой барабанов Елизавета, опустив меч на плечо коленопреклоненного Фрэнсиса Дрейка, возвела капера в рыцарское достоинство.

Это была очень большая награда, которую в Англии имели всего 300 человек и которой не удостоились многие могущественные люди страны...

Естественно, что, помимо славы и титулов, Дрейк стал владельцем огромного состояния. Скоро его жизнь, во всяком случае, внешне, стала разительно отличаться от прежней. Он занимался своими поместьями, исполнял обязанности мэра города Плимут, время от времени совершал поездки в Лондон ко двору королевы, посещал, как член палаты общин, английский парламент…

Но подобное времяпрепровождение было, очевидно, не совсем в духе находившегося в расцвете лет морского волка. Поэтому в последующей биографии Дрейка можно найти еще одно выдающееся событие - активнейшее участие в знаменитом разгроме во время военных действий 1588 года испанского флота, или, как его называли, «Непобедимой армады». Эта победа стала венцом его славы.
Автор Филипп Якоб Лютербург (1740–1812). Название English: Defeat of the Spanish Armada, 8 August 1588 Дата 1796. Техника масло, холст. Размеры 214,63 × 278,13 см

Последующая военная экспедиция сэра Фрэнсиса к Лиссабону в 1589 году закончилась неудачей. И сразу же он почувствовал, сколь непрочна благосклонность королевы.

Елизавета, приученная Дрейком к богатой добыче, не захотела простить пирату даже единичного провала. Не были засчитаны и недавние военные заслуги Дрейка, который фактически командовал английским флотом при разгроме испанской армады.

И уж, тем более, были забыты привезенные несколько лет тому назад Дрейком сокровища на сумму не менее чем 600 тыс. фунтов стерлингов (в то время как годовой доход английской казны составлял 300 тысяч фунтов). Скупую Елизавету явно разозлило то, что она не только не получила в очередной раз прибыли, но и вынуждена была пойти на некоторые собственные расходы...

Похоже, что счастье действительно покинуло тогда Дрейка, ибо состоявшаяся через несколько лет очередная экспедиция к берегам Америки за новыми сокровищами стала для него последней. С самого начала все в этом плавании складывалось неудачно.

Предупрежденные и готовые к отпору, испанцы постоянно опережали англичан, и те непрерывно несли потери в людях. К тому же, тропическая лихорадка и иные болезни буквально косили экипажи кораблей. Тяжело заболел дизентерией и адмирал. С каждым днем он слабел, - однако, железная воля не была сломлена.

В ночь на 28 января 1596 года, почувствовав приближение конца, сэр Фрэнсис поднялся с постели и попросил своего слугу помочь ему облачиться в доспехи, чтобы умереть, как положено воину. На рассвете его не стало. Удивительно, но это произошло возле Номбре-де-Диос, того самого порта на Атлантическом побережье, где когда-то Дрейк начинал свой путь к мировой славе.

Обращают на себя внимание воинские почести, оказанные рыцарю после смерти. Его, как и всех, кто умирал в море, в море по давней традиции и похоронили.

Обычно на воду бросают венок, цветы, - на месте же захоронения Дрейка, как дань особого уважения к его памяти, были затоплены несколько захваченных испанских судов. Воистину, этого человека трудно мерить моральными мерками нашего времени...
Памятник сэру Фрэнсису Дрейку в английском Плимуте - городе, где он в сентябре 1580 г. впервые ступил на родную землю после кругосветного путешествия.

Фрэнсис Дрейк сообщение об открытиях корсара, мореплавателя, вице-адмирала английского флота изложено в этой статье.

Фрэнсис Дрейк что открыл?

Был вторым человеком после и первым англичанином, который совершил в 1577-1580 годах кругосветное плаванье. Дрейк был талантливым организатором и флотоводцем, главной фигурой в английском флоте, благодаря которой была разбита Непобедимая испанская армада. За то, что сделал Фрэнсис Дрейк королева Англии Елизавета I пожаловала его в рыцари: мореплавателя стали именовать сэром Фрэнсисом Дрейком.

В 1575 году его представили королеве Англии Елизавете I. Она предложила пирату (Дрейк к тому времени имел славу грабителя и работорговца) ступить на государственную службу. Кроме того, она вместе с пайщиками профинансировала его экспедицию для исследования восточного побережья Южной Америки. В результате путешествие Фрэнсиса Дрейка не только в разы себя «окупил», но и совершил географические открытия и важные морские пути.

Что открыл Фрэнсис Дрейк в 1577-1580 годах?

Фрэнсис Дрейк кругосветное путешествие которого началось 15 ноября 1577 года, в составе 6 кораблей спустился к южной части американского континента. Пройдя Магелланов пролив, команда вышла в воды Тихого океана. Их застала страшная буря, которая отбросила суда немного южнее островов Огненной Земли. Экспедиция Фрэнсиса Дрейка сделала грандиозное открытие – путь между неоткрытой еще Антарктидой и Южной Америкой. Позже его назовут именем путешественника — пролив Дрейка .

Все корабли без вести пропали в шторме, остался только один флагман «Пеликан». Фрэнсис Дрейк после чудесного спасения переименовал судно в «Золотую лань». На нем капитан обогнул северную часть западного побережья Южной Америки, нападая и грабя по пути испанские порты.

Он дошел до берегов современных Канады и Калифорнии. Это тихоокеанское побережье тогда было не обследовано и считалось дикой землей. Дрейк был первым в историй европецем, который застолбил новые земли за короной Англии. Пополнив запасы, команда взяла курс на запад, выплыла к Островам пряностей. Обогнув Мыс Доброй Надежды, корсар 26 сентября 1580 года вернулся домой.

Френсис Дрейк (Francis Drake) родился в 1540 году в местечке Тависток, графства Девоншир, в семье бедного деревенского священника Эдмунда Дрейка. В некоторых источниках утверждается, что в юности его отец был моряком. Дед Френсиса был фермером, владевший 180 акрами земли. Мать Френсиса была из рода Милвэй, но ее имя мне не удалось найти. Всего в семье Дрейков было двенадцать детей, Френсис был старшим.

Френсис рано покинул родительский дом (предположительно в 1550 году), поступив юнгой на небольшой торговый корабль, где он быстро овладел искусством судовождения. Трудолюбивый, настойчивый и расчетливый, он приглянулся старому капитану, у которого не было семьи и который полюбил Френсиса как родного сына и завещал свой корабль Френсису. В качестве торгового капитана Дрейк предпринял несколько длительных путешествий в Бискайский залив и Гвинею, где он выгодно занимался работорговлей, поставляя негров на Гаити.

В 1567 году Дрейк командовал кораблем в эскадре известного в те времена Джона Хоккинса, грабившего с благословения королевы Елизаветы I побережье Мексики. Англичанам не повезло. Когда после страшной бури они отстаивались в Сан-Хуане, на них напала испанская эскадра. Только один корабль из шести вырвался из западни и после трудного плавания добрался до родины. Это был корабль Дрейка...

В 1569 году он женился на девушке по имени Мэри Ньюман, о которой мне не удалось ничего узнать. Известно лишь, что брак оказался бездетным. Мэри умерла двенадцать лет спустя.

"Пеликан" - флагманский корабль Френсиса Дрейка

Вскоре после этого Дрейк совершил два разведочных плавания через океан, а в 1572 году организовал самостоятельную экспедицию и совершил очень удачный набег на Панамский перешеек.

Вскоре среди далеко не добродушных пиратов и работорговцев молодой Дрейк стал выделяться как самый жестокий и самый удачливый. По свидетельству современников "это был властный и раздражительный человек с бешеным характером", жадный, мстительный и крайне суеверный. В то же время многие историки утверждают, что не только ради золота и почестей предпринимал он рискованные плавания, что его привлекала сама возможность побывать там, где еще не был никто из англичан. Во всяком случае, географы и моряки эпохи Великих географических открытий обязаны именно этому человеку многими важными уточнениями карты мира.

После того как Дрейк отличился в подавлении ирландского восстания, он был представлен королеве Елизавете и изложил свой план набега и опустошения западных берегов Южной Америки. Вместе со званием контр-адмирала Дрейк получил пять кораблей с экипажем из ста шестидесяти отборных матросов. Королева поставила одно условие: чтобы оставались в тайне имена всех тех знатных джентльменов, которые, как и она, дали деньги на снаряжение экспедиции.

Дрейку удалось скрыть истинные цели экспедиции от испанских шпионов, распространив слух, что он направляется в Александрию. В результате этой дезинформации испанский посол в Лондоне дон Бернандино Мендоса не принял мер для преграждения пути пирату в Западное полушарие.

13 декабря 1577 года флотилия - флагманский корабль "Пеликан" (Pelican) водоизмещением 100 тонн, "Елизавета" (80 тонн), "Морское золото" (30 тонн), "Лебедь" (50 тонн) и галера "Христофор" - покинула Плимут.

Во времена королевы Елизаветы I официальных правил обмера судов не существовало, и поэтому размеры корабля Дрейка в разных источниках не совпадают. Путем сопоставления сведений Р. Хоккель приводит следующие данные: длина между штевнями - 20,2 метров, наибольшая ширина - 5,6 метров, глубина трюма - 3,03 метров, высота борта: на миделе - 4,8 метров, в кормовой части - 9,22 метров, в носовой части - 6,47 метров; осадка - 2,2 метров, высота грот-мачты 19,95 метров. Вооружение - 18 пушек, из них по семь пушек на каждом борту и по две на баке и корме. По форме корпуса "Пеликан" представлял переходной тип от каракки к галеону и был хорошо приспособлен для длительного морского плавания.

Каюта Дрейка была отделана и обставлена с большой роскошью. Посуда, которой он пользовался, была из чистого серебра. Во время еды его слух услаждали своей игрой музыканты, а за креслом Дрейка стоял паж. Королева послала ему в подарок благовония, сладости, вышитую морскую шапку и зеленый шелковый шарф с вышитыми золотом словами: "Пусть всегда хранит и направляет тебя Бог".

Штурм Дрейком Картахены (старинная гравюра)

Во второй половине января корабли достигли Могадара, портового города в Марокко. Взяв заложников, пираты обменяли их на караван всевозможных товаров. Затем последовал бросок через Атлантический океан. Разграбив по пути испанские гавани в устье Ла-Платы, флотилия 3 июня 1578 года стала на якорь в бухте Сан-Хулиан, в которой Магеллан расправился с бунтовщиками. Ракой-то рок довлел над этой гаванью, ибо и Дрейку также пришлось подавить вспыхнувший мятеж в результате чего был казнен капитан Даути. Кстати тогда же "Пеликан" был переименован в "Золотую Лань" (Golden Hind).

Реконструкция предполагаемого внешнего вида "Золотой Лани"

2 августа, бросив два пришедших в полную негодность судна, флотилия ("Золотая Лань", "Елизавета" и "Морское Золото") вступила в Магелланов пролив и прошла его за 20 дней. После выхода из пролива корабли попали в жестокий шторм, разметавший их в разные стороны. "Морское Золото" погиб, "Елизавета" был отброшен обратно к Магелланову проливу и, пройдя его, он вернулся в Англию, а "Золотую Лань", на котором был Дрейк, занесло далеко на юг. При этом Дрейк сделал невольное открытие, что Огненная Земля не выступ Южного материка, как считалось в то время, а архипелаг, за которым простирается открытое море. В честь первооткрывателя пролив между Огненной Землей и Антарктидой был назван именем Дрейка.

Как только утих шторм, Дрейк взял курс на север и 5 декабря ворвался в гавань Вальпараисо. Захватив стоявший в гавани корабль, груженный винами и слитками золота на сумму 37 тысяч дукатов, пираты высадились на берег и разграбили город, забрав груз золотого песка стоимостью в 25 тысяч песо.

Кроме того, на корабле они нашли секретные испанские карты, и теперь Дрейк продвигался вперед не вслепую. Надо сказать, что до пиратского набега Дрейка испанцы чувствовали себя на западном побережье Америки в полнейшей безопасности - ведь ни один английский корабль не проходил Магеллановым проливом, и поэтому испанские корабли в этом районе не имели охраны, да и города не были подготовлены к отпору пиратам. Идя вдоль берегов Америки, Дрейк захватил и разграбил многие испанские города и поселения, в том числе Кальяо, Санто, Трухильо, Манту. В панамских водах он настиг корабль "Карафуэго", на котором был взят груз баснословной ценности - золото и серебро в слитках и монеты на сумму 363 тысячи песо (около 1600 кг золота). В мексиканской гавани Акапулько Дрейк захватил галеон с грузом пряностей и китайского шелка.

Затем Дрейк, обманув все надежды своих врагов, не повернул обратно на юг, а пересек Тихий океан и вышел к Марианским островам. Отремонтировав корабль в районе Целебеса, он взял курс на мыс Доброй Надежды и 26 сентября 1580 года бросил якорь в Плимуте, совершив второе после Магеллана кругосветное плавание.

Это было самое доходное из всех путешествий, которые когда-либо совершались, - оно дало доход 4700% прибыли, около 500 тысяч фунтов стерлингов! Чтобы представить себе грандиозность этой суммы, достаточно привести для сравнения две цифры: боевые действия по разгрому испанской "Непобедимой армады" в 1588 году обошлись Англии "всего" в 160 тысяч фунтов, а годовой доход английской казны в то время составлял 300 тысяч фунтов. Королева Елизавета посетила корабль Дрейка и прямо на палубе произвела его в рыцари, что было большой наградой - в Англии насчитывалось всего 300 человек, имевших это звание!

Посвящение Френсиса Дрейка в рыцари

Испанский король Филипп II потребовал наказания пирата Дрейка, возмещения ущерба и извинений. Королевский совет Елизаветы ограничился туманным ответом, что испанский король не имеет морального права "воспрепятствовать посещению Индий англичанами, а посему последние могут совершать туда путешествия, подвергаясь риску, что их там схватят, но уж если они возвращаются без ущерба для себя, Его Величество не может просить Ее Величество их наказывать..."

В 1585 году Дрейк женился вторично. На этот раз это была девушка довольно богатого и знатного рода - Элизабет Сиденхэм. Чета переехала в недавно купленное Дрейком поместье Бакланд Абби (Buckland Abbey). Сегодня там находится большой момнумент в честь Дрейка. Но, как и в первом браке, детей у Дрейка не было.

В 1585-1586 годах сэр Френсис Дрейк снова командовал вооруженным английским флотом, направленным против испанских колоний Вест-Индии, и так же, как и в прошлый раз, возвратился с богатой добычей. Впервые Дрейк командовал таким большим соединением: у него в подчинении был 21 корабль с 2300 солдатами и матросами.

Именно благодаря энергичным действиям Дрейка был на год отсрочен выход в море "Непобедимой армады", что позволило Англии лучше подготовиться к военным действиям. Неплохо для одного человека! А дело было так: 19 апреля 1587 года Дрейк, командуя эскадрой из 13 небольших кораблей, вошел в гавань Кадиса, где готовились к отплытию корабли "Армады". Из 60 кораблей, стоявших на рейде, он уничтожил 30, а часть оставшихся захватил и увел с собой, в том числе и громадный галеон водоизмещением 1200 тонн.

В 1588 году сэр Френсис приложил свою тяжелую руку к полному разгрому "Непобедимой армады". К сожалению, это было зенитом его славы. Экспедиция к Лиссабону в 1589 году закончилась неудачей и стоила ему расположения и милости королевы. Взять город он не смог, а из 16 тысяч человек в живых осталось только 6 тысяч. Кроме того, королевская казна понесла убытки, а к таким вопросам королева относилась очень плохо. Похоже, что счастье покинуло Дрейка, и следующая экспедиция к берегам Америки за новыми сокровищами уже стоила ему жизни.

Сэр Френсис Дрейк

Все в этом последнем плавании складывалось неудачно: в местах высадки оказывалось, что испанцы были предупреждены и готовы к отпору, сокровищ не было, а англичане несли постоянные потери в людях не только в боях, но и от болезней. Адмирал также заболел тропической лихорадкой. Почувствовав приближение смерти, Дрейк поднялся с постели, с большим трудом оделся, попросил своего слугу помочь ему облачиться в доспехи, чтобы умереть как воину. На рассвете 28 января 1596 года его не стало. Через несколько часов эскадра подошла к Номбре-де-Диосу. Новый командующий Томас Баскервиль приказал поместить тело сэра Френсиса Дрейка в свинцовый гроб и с воинскими почестями опустить в море.

Поскольку у сэра Френсиса Дрейка не оказалось детей, чтобы наследовать его титул, он был передан племяннику, которого тоже звали Френсис. Тогда это казалось курьезом судьбы, но впоследствии стало причиной многих казусов и недоразумений.

Сэр Фрэнсис Дрейк (рожд. 13 июля 1540 г. - смерть 28 января 1596 г.) - английский мореплаватель, пират, вице-адмирал (1588 г.). Первый англичанин, который совершил кругосветное плавание (1577-1580 гг.). Активный участник разгрома испанского флота (Непобедимой Армады) (1588 г.)

История жизни Фрэнсиса Дрейка изобиловала самыми невероятными приключениями. Именно он был первым англичанином, который совершил кругосветное путешествие. Это произошло в 1577-1580 гг., когда его «Золотая Лань» прошла три океана и возвратилась в Англию с полными трюмами золота и драгоценностей, Дрейк сражался против испанских эскадр и штурмовал береговые форты, форсировал Магелланов пролив, занимался грабежами в Южной и Северной Америке. За свои подвиги он, бывший по сути самым настоящим пиратом, был удостоен рыцарского звания. Королева Елизавета возложила на него меч прямо на палубе корабля. Вместе с этим имя Дрейка стало известным и в Испании, где его проклинали все от мала до велика.

Пират Фрэнсис Дрейк

Фрэнсис Дрейк – именем этого пирата-путешественника даже назван пролив на южной оконечности Южной Америки.

XVI столетие ознаменовалось прославленными путешествиями целой плеяды знаменитых английских капитанов. Фробишер и Хокинс, Рэйли и Девис, Дрейк и много других блестящих мореходов бороздили волны Северной Атлантики и Карибского бассейна, Индийского океана и Полинезии. Увы, этот период времени являлся одновременно и эпохой расцвета пиратского промысла. Потому все перечисленные выше капитаны прославились в первую очередь как «джентльмены удачи».

Самым известным англичанином XVI столетия, без сомнения, был сэр Фрэнсис Дрейк – пират и работорговец, кругосветный мореплаватель и талантливый флотоводец, который сыграл решающую роль в разгроме испанской «Непобедимой армады».

Являясь близким родственником известного пирата и торговца «живым товаром» Джона Хокинса, Фрэнсис с 23-х лет ходил на его кораблях к берегам Западной Африки, возвращаясь оттуда с трюмами, полными невольников.

Пират и королева Елизавета

Потом Дрейк решил самостоятельно заняться пиратским ремеслом. Он стал нападать на испанские суда, перевозившие сокровища. Так, в разбойничьих трудах и заботах, прошло 12 лет. За это время капитан Дрейк накопил немалый мореходный опыт и кое-какой капитал, что позволило ему предложить королеве и ее приближенным дерзкий проект пиратской экспедиции в испанские колонии на Тихоокеанском побережье Америки. Здесь никто не ожидал нападения англичан, и добыча могла быть в значительной степени больше, чем в порядком ощипанных пиратами портах Карибского моря.

Английская королева благосклонно отнеслась к планам Дрейка и даже соизволила внести свою лепту в финансовое обеспечение экспедиции в размере, 1000 крон. Более весомый вклад сделали высокопоставленные королевские чиновники: граф Эссекс, Уолсингем и Берли. Впрочем, досточтимые лорды не собирались оставаться внакладе и в действительности не просчитались. По возвращении Дрейка они получили свою долю добычи, и прибыль их составила. 5 000 % на вложенный капитал. Но все это случится позже. А мы хотим вам рассказать о кругосветном путешествии капитана-пирата…

Кругосветное путешествие Дрейка (1577-1580 гг.)

Корабль Френсиса Дрейка Золотая Лань

1577 год, декабрь – 5 кораблей флотилии Дрейка вышли из порта Плимут и взяли курс на юг. Сам Дрейк командовал флагманским кораблем «Пеликан», поздней переименованным им в «Золотую лань». Экипаж всей флотилии состоял всего из 160-ти человек. Поразбойничав вначале у африканских берегов, Дрейк захватил и ограбил больше десятка испанских и португальских кораблей с богатым грузом. Кроме этого, в его руки попалась и иная добыча – португальский лоцман, ходивший раньше в Южную Америку.

1578 год, июнь – флотилия Дрейка подошла к бухте Сан-Хулиан, находящейся относительно недалеко от Магелланова пролива. Бухта эта, печально известная бунтом, произошедшем во время стоянки здесь экспедиции Магеллана, и на этот раз оправдала свою дурную славу. На одном из судов вспыхнул мятеж, распространившийся на команду. Все завершилось тем, что Дрейк казнил одного из капитанов – Доути, обвинив его в подстрекательстве к мятежу и предательстве. Оставив в бухте два сильно поврежденных корабля, поредевшая флотилия двинулась дальше.

Однако на входе в Магелланов пролив сильнейший шторм обрушился на корабли и на протяжении 50-ти дней гнал их на юг. Итогом стало открытие Дрейка, что Огненная Земля – остров, а не выступ Южно-Американского материка, как считалось раньше. Широкий пролив, отделяющий этот остров от Антарктиды, носит ныне имя Дрейка.

Шторм нанес флотилии серьезный урон: одно судно утонуло, а другое из-за повреждений вынуждено было возвратиться в Англию. Но Дрейк не привык отступать. На одном оставшемся корабле – «Золотой Лани» – он направился на север, к побережью Чили. Дальше начинается полоса активных и удачных пиратских похождений Дрейка.

1578 год, 5 декабря – англичане напали на порт Вальпараисо, в результате чего захватили корабль с ценным грузом и грабят побережье. 1579 год, 5 февраля – налет на порт Арика и новые трофеи. Потом – нападение на перуанский город Кальяо. Из-под носа Дрейка ушел галеон с грузом золота и серебра. Последовала яростная погоня, и 1 марта галеон удалось захватить после пушечного обстрела. Драгоценные слитки перекочевывают в трюм «Золотой лани».

Пират Дрейк выполнил поставленные перед собой задачи. Добыча его была огромной. Однако возвращение домой прежним путем стало невозможным. Слух о наглых нападениях и грабежах дошли до испанских властей, и военные корабли Испании караулили «Золотую лань», чтобы расквитаться с пиратом за все его злодеяния.

Тогда Дрейк ушел на север, напал на мексиканский порт Гуатулко, разграбил его, заодно пополнил запас провианта. Потом он направил «Золотую лань» еще северней, надеясь найти пролив, соединяющий Тихий океан с Атлантикой. Судно Дрейка дошло до 49-го градуса северной широты! Настолько далеко на север вдоль Тихоокеанского побережья не забирался еще ни один мореплаватель! Но никаких признаков пролива обнаружить не удалось, и английский пират вынужден был повернуть к югу. И тут ему улыбнулась удача: у берегов Никарагуа англичане захватили корабль, на котором нашли карты Тихого океана и Филиппинских островов. Это подсказало пирату идею возвратиться в Европу через Тихий и Индийский океаны.

1579 год, июль – «Золотая лань» взяла курс на запад. Сделав только 4 остановки в пути (на Филиппинах, Молуккском архипелаге, острове Ява и в Сьерра-Леоне), Дрейк в 1580 г. с триумфом вернулся в Англию. Так, спустя 60 лет после путешествия Магеллана еще одному кораблю удалось обойти вокруг света. При этом Фрэнсис Дрейк стал первым капитаном, который от начала до конца командовал кораблем в кругосветном плавании.

Рыцарский титул для пирата

Кругосветное путешествие Фрэнсиса Дрейка – маршрут

Но для встречавших в Плимуте «Золотую лань» сановников главным было не это. На корабле Дрейка было золота и драгоценностей на сумму, равную двухгодичному доходу всей королевской казны! Королева приказала своему капитану лично прибыть в Лондон с наиболее эффектными драгоценностями и удостоила его шестичасовой беседы. В скором времени Елизавета пожаловала Фрэнсису Дрейку рыцарский титул.

Став дворянином, разбойник и грабитель стал уважаемым членом общества. Он купил себе поместье и женился на богатой наследнице. Дрейк был выбран мэром Плимута и членом парламента. Но спокойная жизнь была моряку явно не по душе. Им были организованы еще две пиратские экспедиции в Карибское море, а в промежутке между ними он успел принять участие в войне с Испанией. Также не раз он отправлялся к берегам Америки грабить «Золотой флот» испанцев. Потом дерзко разбойничал в Европе, прямо под носом у короля Испании Филиппа II. Как говорил сам Дрейк – «подпаливал ему бороду».

Вице-адмирал британского флота (1588 г.)

Сэру Фрэнсису Дрейку назначенному вице-адмиралом британского флота, принадлежит главная заслуга в триумфальном сражении с «Непобедимой армадой», отправленной Филиппом II против англичан. Несмотря на двойной перевес в численности кораблей и пушек, испанцы потеряли 60 кораблей из 130 и вынужденно отступили.

Смерть сэра Фрэнсиса Дрейка

Отправившись в 1596 г. к берегам Панамы, сэр Фрэнсис Дрейк заболел желтой лихорадкой, а попросту говоря дизентерией, и скончался на борту своего корабля. Как и положено у моряков, его тело, в соответствии с завещанием самого Дрейка, поместили в свинцовый гроб и опустили в Карибское море, которое было свидетелем первых подвигов знаменитого английского «джентльмена удачи».

Погибла в море и «Золотая лань». Но не от шторма или ядер противника. Ее деревянный корпус превратил в труху крошечный червячок – торедо.

После смерти

Но вот относительно не так давно репутация легендарного английского пирата получила неожиданный удар. Министерство обороны Великобритании не стало финансировать операцию по извлечению его гроба со дна Карибского моря. А британская королевская почта отказалась выпустить серию почтовых марок, посвященных 400-летию со дня его смерти.

Чем же мотивировали власти свое нежелание чествовать земляка? Почтовики объяснили свой отказ тем, что в 1973 г. уже выпускались марки с профилем сэра Фрэнсиса. Военные же сослались на дороговизну предстоящей операции по извлечению гроба. Но скорей всего, англичане не хотят оскорблять чувства испанцев, чьи предки пострадали от рук Дрейка, а также американцев: ведь именно с Дрейка ведет начало рабство на Северо-Американском континенте, куда он регулярно поставлял «черное золото».

А возможно, англичане вспомнили, как противились латиноамериканские страны празднованию 500-летнего юбилея открытия Америки , с чьим именем у многих связано начало жестокого истребления южно-американских народов.

Фрэнсис Дрейк продавший душу

Согласно испанской легенде, сэр Фрэнсис Дрейк продал душу дьяволу в обмен на удачу на морях. Удивительно, но эту легенду сразу переняли и боготворившие Дрейка соотечественники, при этом говорили о сделке Дрейка с нескрываемым восторгом, будучи в своем подавляющем большинстве истинно верующими людьми. Говорили, что Дрейк смог навлечь жесточайшие штормы на испанскую «Армаду» при поддержке дивонских ведьм, с которыми он якобы дружил с раннего детства и которые ему всегда помогали.

Даже сегодня, через более четырех столетий, англичане твердо верят, что тех давних «дрейковских» ведьм, сторожащих проход к Девонпорту, и сейчас еще можно увидать ненастной темной ночью на мысе Дьявола. Есть поверье, что дьявол был до такой степени доволен подвигами Дрейка, что в награду за все им содеянное буквально за три дня построил своему любимцу дом в Бакленд-эби. Дом Дрейка стоит и по сей день, и каждый любопытствующий может, лично оглядев апартаменты легендарного адмирала-пирата, проникнуться обаянием его личности.