Главная Тесты С какой целью миклухо маклай изучал папуасов. Для всех и обо всем. Н. Миклухо-Маклай: «белый папуас»

С какой целью миклухо маклай изучал папуасов. Для всех и обо всем. Н. Миклухо-Маклай: «белый папуас»

Имя Миклухо-Маклая хорошо известно каждому: выдающийся этнограф сделал многое для исследования быта коренного населения Новой Гвинеи. Обывателям казалось, что его жизнь сродни захватывающему дух приключению, на самом же деле великий путешественник сталкивался с огромными трудностями в своей работе, его постоянно одолевали болезни. Как жилось Миклухо-Маклаю с папуасами, и за что они прозвали его «лунным человеком» - читайте далее.

Миклухо-Маклай прожил всего 41 год и с детства постоянно отвоевывал право на жизнь. Вначале он перенес воспаление легких, позже была малярия и лихорадка, эти болезни провоцировали постоянные обмороки, припадки бреда. Смерть Маклая вообще была вызвана заболеванием, которое врачи не сумели диагностировать: у ученого болела челюсть, у него не функционировала одна рука, и были сильнейшие отечности ног и живота. Много лет спустя во время перезахоронения останков Маклая были проведены исследования, в результате которых было установлено: у Маклая был рак челюсти, и метастазы распространились по всему телу.

Несмотря на такой букет заболеваний, Миклухо-Маклай постоянно путешествовал, он объездил самые удаленные уголки нашей планеты и не боялся бывать там, где не ступала нога цивилизованного человека. Ученый стал первооткрывателем Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании, до него никто не интересовался бытом коренного населения этих территорий. В честь экспедиций этнографа местность названа «Берегом Маклая».

Первая экспедиция этнографа в Новую Гвинею датируется 1871 годом. Путешественник добрался к далекой земле на корабле «Витязь» и остался жить с аборигенами. Правда, первая встреча не обошлась без эксцессов: местные встретили корабль дружественно, согласились подняться на борт, но когда уходили, услышали залп и, конечно же, испугались. Как оказалось, залп был дан в качестве приветствия новых «друзей», но аборигены задумки капитана не оценили. В итоге Маклай уговорил единственного оставшегося на берегу смельчака стать его проводником.

Парня звали Туй, он помог Маклаю войти в контакт с жителями прибрежных деревень. Те, в свою очередь, построили исследователю хижину. Позже Туй получил серьезную травму - на него упало дерево, Маклай смог вылечить мужчину, за что получил славу целителя, прибывшего… с Луны. Гвинейцы всерьез считали, что в обличии Маклая к ним пришел прародитель рода Ротей.

Маклай прожил год с папуасами, за это время в России уже успели опубликовать официальный некролог, поскольку никто не верил, что в тех условиях было возможно выжить. Правда, экспедиция на корабле «Изумруд» все же прибыла его забирать в установленный срок. Этнограф направил предложение в Россию организовать на Берегу Маклая российский протекторат, но инициатива была отклонена. А вот в Германии идея получила одобрение, и вскоре Гвинея стала немецкой колонией. Правда, на местных жителях это отразилось негативно: среди племен начались войны, многие папуасы погибли, деревни опустели. Организовать независимое государство под предводительством Миклухо-Маклая оказалось нереальной задачей.

Интересной была и личная жизнь путешественника: несмотря на постоянные болезни и разъезды, он успевал завязывать отношения с девушками. Пожалуй, самой экстравагантной оказалась история с пациенткой, которую Маклай лечил, когда проходил медицинскую практику. Девушка умерла, завещав ему череп в знак вечной любви. Из него этнограф сделал настольную лампу, которую потом всегда брал с собой в путешествия. Сохранились сведения и о романах Маклая с девушками из папуасских племен.

Была у Миклухо-Маклая и официальная жена, автралийка. У пары родилось два сына, семью Маклай перевез в Петербург, где они прожили 6 лет. После смерти Миклухо-Маклая жена с детьми вернулась в Австралию.

Бедный Бой, он умер... - наконец сказал Миклухо-Маклай. Ульсон [помощник Маклая – шведский моряк – прим. Ред. ] стоял совершенно растерянный и спрашивал, что теперь делать.

Тело мы бросим сегодня ночью в море. Так, чтобы они [папуасы] ничего не видели. А сейчас потрудитесь набрать побольше камней и положить их в шлюпку. Тело должно сразу же пойти ко дну...

Миклухо-Маклай любил Боя и остро переживал первую утрату. Никогда больше этот мальчик не увидит родного острова, не услышит шума прибоя и шелеста листьев кокосовых пальм у хижины, где ждет его одинокая мать...

Но Маклай был прежде всего человеком научного долга, лишенным предрассудков и ложной сентиментальности. Ради истины он не щадил себя, и другие, окружавшие его, должны были служить целям науки. Ульсон, которой при жизни Боя всегда дурно отзывался о нем, бранил юношу, теперь заговорил о боге и об исполнении воли его. На глазах шведа стояли слезы.

Бросьте хныкать, Ульсон, - резко оборвал его Маклай. - Бой умер потому, что отказывался от пищи. Туземное поверье. Они считают, что больной не должен есть совсем или есть очень мало. И вот результат.

Глаза шведа округлились от ужаса.

Это кощунство! - закричал он. - Бог накажет вас...

Затем перешел на умильно-просительный тон:

Очень прошу, не делайте этого. Я запрещаю распиливать мой череп! Запрещаю. И не смейте выбрасывать меня на съедение акулам...

Маклай криво улыбнулся:

Не вопите! Мозг такого осла, как вы, - небольшая находка для науки. Кроме того, вы еще не умерли, черт бы вас побрал с вашей трусостью и нытьем! Пусть будет по-вашему...

Одержав победу, Ульсон успокоился. Но он плохо знал Маклая: не уговоры шведа повлияли на решение ученого, а тот факт, что у последнего просто не оказалось достаточно большой склянки для помещения мозга полинезийца. Однако он вспомнил, что обещал профессору Гегенбауру при случае добыть и прислать в Страсбург гортань темнокожего человека со всею мускулатурой ее. Опасаясь, что вот-вот могут явиться папуасы, и не обращая внимания на вопли дрожащего от суеверного страха Ульсона, ученый быстро достал анатомические инструменты, склянку со спиртом и принялся за дело...

Боя похоронили этой же ночью. Наутро явились туземцы и стали уговаривать Миклухо-Маклая отпустить Боя в Гумбу, где его обязательно вылечат. Чтобы отвлечь их от этих неприятных разговоров, ученый решил совершить «чудо». Он взял блюдечко, налил немного спирта, поставил блюдечко на веранду и позвал гостей. Взяв затем стакан с водой, он отпил немного из него, и дал попробовать одному из туземцев, который убедился, что в стакане вода. Прибавив к спирту на блюдечке несколько капель воды, Маклай поднес зажженную спичку. Спирт вспыхнул. Туземцы отпрянули. Ученый стал разбрызгивать горящий спирт на лестницу, на землю. Папуасы с криками бросились вон из Гарагаси. Вскоре, однако, возле хижины собралась огромная толпа. То были жители Бонгу, Били-Били и острова Кар-Кар.

«Маклай, не зажигай моря!» - кричали они.

Если до этого случая папуасы называли русского ученого «гаре тамо», что значит «человек в футляре», то есть «человек в одежде», то теперь его стали именовать «каарам тамо» - «человек с Луны». Убеждению в том, что «тамо-русс» - «русский человек» явился с Луны, послужил еще один случай: как-то ночью мимо Гарагаси проходили две ярко освещенные пироги. Ученому пришла фантазия отсалютовать им фейерверком, и он зажег фальшфейер. Эффект получился потрясающий: папуасы побросали факелы в воду и удрали.

«Тамо-русс выпустил в небо Луну», - рассказывали они в селениях. Так за Маклаем закрепилась кличка «человек с Луны». Напрасно Маклай раскладывал перед Туем географическую карту и старался объяснить, где находится Россия. «Бой улетел в Россию?» - спрашивал Туй и указывал на Луну. Другие интересовались, есть ли на Луне дома, деревья, женщины и сколько там у Маклая жен, на каких звездах ему удалось побывать. Ученого поразило, что папуасы считают солнце большой звездой.

Только пожилой папуас Каин с острова Били-Били был задумчив. Он побывал на острове Сегу, где ему показали «телум-Анут» - фигуру женщины с бака европейского судна. Там же он впервые услыхал о далекой стране, где у людей есть железные топоры и ножи, большие дома и где все одеваются в платья и носят башмаки, как Маклай. Остальные считали свой берег единственным местом на земле, где обитает человек.

Колесников М.С. Миклухо-Маклай. М., «Молодая гвардия», 1961 г., с. 124-127.

Николай Николаевич Миклухо-Маклай (1846-1888) - российский этнограф, антрополог, биолог и путешественник, изучавший коренное население Юго-Восточной Азии, Австралии и Океании, в том числе папуасов северо-восточного берега Новой Гвинеи.
Родился в Новгородской губернии в семье железнодорожного инженера Н. И. Миклухи, строителя Николаевской железной дороги и первого начальника Московского вокзала.
Вторая часть фамилии знаменитого путешественника добавилась позже, после его экспедиций в Австралию.
Окончив курс гимназического обучения, Миклухо-Маклай в качестве вольнослушателя продолжает обучение на физико-математическом факультете Петербургского университета. Учёба не была долгой. В 1864 году, за участие в студенческих сходках Миклухо-Маклая отчисляют из университета и он, на средства собранные студенческим землячеством, уезжает в Германию. В Германии он продолжает
учёбу в Гейдельбергском университете, где изучает философию. Через год Миклухо-Маклай переводится на медицинский факультет Лейпцигского университета, а затем Йенского университета.
Ещё будучи студентом в качестве ассистента известного зоолога Геккеля Миклухо-Маклай совершает путешествие на Канарские острова и в Марокко.
В марте 1869 года Николай Миклухо-Маклай появился на улицах города Суэца. Как истый мусульманин, выбрив голову, выкрасив лицо и облачившись в наряд араба, Маклай добрался до коралловых рифов Красного моря. Потом Миклухо-Маклай не раз вспоминал, каким опасностям он подвергался. Он болел, голодал, не раз встречался с разбойничьими шайками. Впервые в жизни Миклухо Маклай увидел рынки невольников.
Миклухо-Маклай прошел пешком земли Марокко, побывал на островах Атлантики, бродил по Константинополю,пересек Испанию, жил в Италии, изучил Германию.
По возвращении в Петербург ему удалось убедить вице-председателя Русского географического общества адмирала Федора Литке добиться для него разрешения отправиться в Океанию на корвете "Витязь".
Во время плавания на корвете Миклухо-Маклай пересек Атлантический океан, побывал в Бразилии, в Чили, на некоторых архипелагах Полинезии и Меланезии.
20 сентября 1871 года Миклухо-Маклай высадился на северо-восточном берегу Новой Гвинеи. Племена и селения были здесь разобщены и постоянно враждовали друг с другом; каждый чужеземец, будь он белый или черный, считался нежелательным гостем.
Миклухо-Маклай по тропинке среди дикого леса пришел в деревню. Она была пуста. Но возле деревни в густых кустах Миклухо-Маклай заметил первого папуаса Туя, застывшего от ужаса. Миклухо-Маклай взял его за руку и привел в деревню. Вскоре вокруг иноземца столпилось восемь папуасских воинов с черепаховыми серьгами в ушах, с каменными топорами в смуглых руках, увешанных плетеными браслетами. Русский гость щедро одарил папуасов разными безделушками. К вечеру он вернулся на корабль, и офицеры "Витязя" с облегчением вздохнули: пока что "дикари" не съели Николая Николаевича.
На берегу ручья, у моря, матросы и корабельные плотники срубили первый русский дом на Новой Гвинее - дом Маклая.
"Витязь" продолжил плавание, а Миклухо-Маклай и два его помощника остались на берегу Новой Гвинеи.
Папуасы не очень приветливо встретили белого человека. Они пускали стрелы над ухом иноземца, размахивали копьями перед его лицом. Миклухо-Маклай сел на землю, спокойно развязал шнурки башмаков и... улегся спать. Он заставил себя заснуть. Когда, проснувшись, Миклухо-Маклай поднял голову, он с торжеством увидел, что папуасы мирно сидели вокруг него. Луки и копья были
спрятаны. Папуасы с удивлением наблюдали, как белый неторопливо затягивает шнурки своих ботинок. Он ушел домой, сделав вид, что ничего не случилось, да и случиться ничего не могло. Папуасы решили, что раз белый человек не боится гибели, то он бессмертен.
Миклухо-Маклай входил в хижины папуасов, лечил их, беседовал с ними (местный язык он освоил очень быстро), давал им всяческие советы, очень полезные и нужные. И спустя несколько месяцев жители ближних и дальних селений полюбили Миклухо-Маклая.
Дружба с папуасами крепла. Все чаще Миклухо-Маклай слышал слова "Тамо-рус"; так называли его между собой папуасы. "Тамо-рус" означало - "русский человек".
Больше года прожил русский путешественник в хижине на берегу океана. Больной, часто голодный, он успел сделать многое.
Интересно прочитать в дневниках Миклухо-Маклая о его взаимоотношениях с местными женщинами, в том числе и с папуасками. Биографы учёного, как правило, обходят этот вопрос стороной.
По описаниям Миклухо-Маклая, папуасские женщины были довольно красивы. "Мужчины-папуасы находят красивым, если их жёны при ходьбе двигают своими задними частями так, чтобы при каждом шаге одна из ягодиц непременно поворачивалась бы в сторону. Я часто видел в деревнях маленьких девочек, семи-восьми лет, которых их родственницы учили этому вилянию задом: целыми часами
девочки заучивали эти движения. Пляска женщин состоит главным образом из таких движений".
Как-то Миклухо-Маклай лежал с лихорадкой. Вот тут-то к больному ученому заявилась молодая папуаска Бунгарая (большой цветок).
Я предполагаю, -записал Миклухо-Маклай в дневнике после первой ночи, проведенной с ней, - что папуасские ласки мужчин иного рода, чем европейские, по крайней мере Бунгарая с удивлением следила за каждым моим движением и хотя часто улыбалась, но я не думаю, что это было только следствием удовольствия. Миклухо-Маклай поскромничал, так как удовольствие она все-таки получала -
иначе не стала бы приходить к нему почти каждую ночь, да еще и не получая подарков, как свидетельствует дневник Маклая.
"Здесь девочки рано становятся женщинами, - записал путешественник в своем дневнике. - Я почти убежден, что если я ей скажу: Пойдем со мною и заплачу за нее родственникам - роман готов".
В одной из хижин племени оранг-утанов он увидел девочку, лицо которой сразу бросилось ему в глаза миловидностью и приятным выражением. Девочку звали Мкал, ей было 13 лет. Миклухо-Маклай сказал, что хочет ее нарисовать. Она поспешила надеть рубашку, но он предупредил, что этого делать не нужно.
Позже, в Чили, он сошелся с девушкой по имени Эмма. Юной чилийке было тогда всего 14 с половиной лет.
Некоторые служанки по собственной инициативе становились его "временными женами" - так называл их Миклухо-Маклай. В письме своему другу князю Мещерскому он писал: "Не посылаю портрета своей временной жены, который обещал в последнем письме, потому что таковой я не взял, а микронезийская девочка Мира если и будет таковой, то не ранее года". Действительно, когда Мира
поступила к Миклухо-Маклаю, ей было слишком мало лет -всего одиннадцать.
В декабре 1872 года в залив Астролябия зашел русский клипер "Изумруд". Папуасы проводили "Тамо-руса" грохотом барумов - длинных папуасских барабанов.
Во второй половине мая 1873 года Миклухо-Маклай был уже на Яве. "Изумруд" ушел, а ученый остался.
Первых "оран-утанов" Миклухо-Маклай встретил в лесах. Пугливые, низкорослые, чернокожие люди проводили ночи на деревьях. Все их имущество состояло из тряпья на бедрах и ножа. В 1875 году Николай Николаевич закончил заметки о странствиях среди "людей леса". К тому времени русские картографы уже нанесли на карту Новой Гвинеи гору Миклухо-Маклая, близ залива Астролябии. Это был
как бы прижизненный памятник - редкая честь для ученых. Но никто не знал, что столь знаменитый человек скитается уже много лет без крова, семьи, делает долги, чтобы с помощью занятых денег совершать свои опасные и далекие походы.
В 1876-1877 годах он совершил путешествие в западную Микронезию и северную Меланезию.
В последних числах июня 1876 года путешественник достиг Берега Маклая. Матросы выгрузили припасы, ящики, бочки, подарки для папуасов. Все старые знакомые были живы. Папуасы очень радушно приняли "Тамо-русо". Корабельные плотники с помощью папуасов построили дом из крепкого строевого леса. Новоселье путешественник справлял в кругу папуасов, двух слуг и повара.
В июле 1878 года он появился в Сиднее.
В 1882 году после двенадцати лет странствий Миклухо-Маклай вернулся в Петербург. Он стал героем дня. Газеты и журналы сообщали о его приезде, излагали биографию, останавливались на эпизодах его путешествий, выражали восхищение его подвигами. В ноябре 1882 года Миклухо-Маклай имел встречу в Гатчине с Александром III.
И опять новые путешествия.
В феврале 1884 года русский путешественник и ученый Николай Миклухо-Маклай женился на молодой вдове Маргарите Робертсон, дочери бывшего премьер-министра Нового Южного Уэлса. Родители и родственники Маргариты противились этому браку, считая русского путешественника неподходящей партией для нее. В это время Николаю Николаевичу было 38. Его избранница была намного
моложе. В ноябре появляется на свет сын, через год - второй. А сколько детей родилось от него в местах его путешествий, естественно, не известно. Говорят, что русские путешественники встретили потом белокожего папуаса по имени Мак Лай.
Последние месяцы 1886 года были заполнены работой над дневниками новогвинейских путешествий. К началу 1888 года путевые дневники всех шести путешествий на Новую Гвинею были, в общем, готовы. Он приступил к работе над вторым томом, но слег окончательно. Больному не разрешали работать, отняли даже карандаш и тетради. Тогда Николай Николаевич стал диктовать свою автобиографию. Радость его была безмерна, когда он получил только что отпечатанную свою книжку "Отрывки из дневника 1879 года".
Миклухо-Маклай умер на больничной постели в клинике при Военно-медицинской академии. Хоронили его на Волковом кладбище. На незаметной могиле поставили деревянный крест с короткой надписью.
Вклад Миклухо-Маклая в антропологию и этнографию был огромным. В своих путешествиях он собрал множество данных о народах
Индонезии и Малайи, Филиппин, Австралии, Меланезии, Микронезии и западной Полинезии. Как антрополог Миклухо-Маклай проявил себя борцом против всех "теорий", постулирующих расовое неравенство, против концепций "низших" и "высших" рас. Он первым описал папуасов как определенный антропологический тип. Ученый показал, что папуасы такие же полноценные и полноправные
представители человеческого рода, как англичане или немцы.

Многие слышали о русском путешественнике Николае Николаевиче Миклухо-Маклае, который отправился на другой край Земли и прожил несколько лет среди папуасов. Он изучал их культуру и быт, а также флору и фауну Новой Гвинеи. Но всего этого могло и не быть, ведь знаменитого этнографа местные дикари едва не съели.

В школе Николай Николаевич Миклуха не считался одаренным учеником, даже дважды оставался на второй год обучения. Тем не менее, он смог поступить в престижный Гейдельбергский университет, затем слушал лекции в Лейпциге и Йене. Там он познакомился с философом и биологом Эрнстом Геккелем. Геккель пригласил способного юношу принять участие в научной экспедиции. В 1866-1867 годах они отправились Мадейру и Канарские острова.

Экспедиция из двух преподавателей и двух студентов изучала рыб и других обитателей моря. Сам Миклуха даже открыл для науки новый вид губок. Возвращались преподаватели и студенты по-разному: одни поехали через Париж, а Миклуха с напарником купили костюмы берберов и отправились в Марокко. Вероятно, именно там, в песках Черного Континента, в молодом русском ученом проснулся интерес к антропологии.

По возвращению в Йену он опубликовал свою первую научную работу о некоторых особенностях анатомии акул. Она была подписана двойной фамилией: Миклухо-Маклай. Сам ученый в своих записках не оставил об этом никаких пояснений, но у его наследников есть несколько версий. По одной из них, кто-то в их роду «пересекался» с шотландцем по фамилии Маклай. Другая, более правдоподобная, состоит в том, что, открыв новый вид губок, Миклуха приписал к его названию сокращение своей фамилии – Mcl. Так и появилось тот самый «Маклай».

Будучи человеком незнатного происхождения, Миклуха стыдился этого. Поэтому удвоив фамилию на польский манер (а мать Николая Миклухи была полькой), он сделал ее более «презентабельной». Распуская слухи о своем дворянстве, Миклухо-Маклай облегчал себе путь в научном мире, так как аристократам было намного проще получить финансирование, попасть в экспедиции.

Вскоре Николай Миклухо-Маклай отправился в путешествие по Италии, а затем в странствование по египетской пустыне к Красному морю. Рискуя жизнью, он даже пытался попасть в священный для арабов город Джидду. Тогда же молодой путешественник подхватил малярию, а также задолжал своим друзьям крупную сумму денег.

Вернувшись на родину, Миклухо-Маклай вступил в Русское географическое общество, завел полезные знакомства и смог организовать экспедицию по Тихому океану. В ноябре 1870 года на борту 17-пушечного корвета «Витязь» путешественник вышел в длительное плавание. По пути он провел ряд исследований флоры, фауны, климата, закупил подарки для аборигенов: ножи, топоры, ткань, иголки, мыло, бусы.

20 сентября 1871 года «Витязь» причалил в бухте Астролябия у северо-восточного побережья Новой Гвинеи. Когда корабль дал артиллерийский залп, чтобы приветствовать собравшихся папуасов, те испугались и разбежались.

Оригинально прошло первое знакомство Николая Миклухо-Маклая с туземцами уже на земле. Чтобы наладить отношения с местными жителями, он отправился в деревню Горенду, где жили дикари-каннибалы. Увидев белокожего человека, те стали угрожать, бросали копья, стреляли из луков под самые ноги. Выжить в такой ситуации, казалось, почти нереально. Что же сделал русский путешественник? Он расстелил циновку, лег на нее и демонстративно заснул.

Когда ученый открыл глаза, он увидел, что папуасы потеряли весь боевой задор. Дикари, увидав человека, который их нисколько не боялся, решили, что тот бессмертен. Более того, туземцы подумали, что это настоящий бог.

Естественно, никто не стал их разубеждать в обратном. Николай Миклухо-Маклай еще не раз удивлял папуасов. Однажды он продемонстрировал туземцам, как горит спирт. Он пояснил дикарям, что если захочет, то сможет поджечь и все море. После такого его, естественно, боялись и уважали еще больше.

Это было лишь начало первой экспедиции русского путешественника в земли Новой Гвинеи, из которой он привез богатейший этнографический и антропологический материал, а также коллекции животных и растений этого тропического острова с другой стороны Земли, который найдет чем удивить. У папуасов Новой Гвинеи есть еще