Белые и красные военные начальники. Бывшие царские и белые генералы и офицеры в ркка. (145 фото). «Белое» движение в России

По прошествии почти столетия новую оценку получают события, развернувшиеся вскоре после захвата власти большевиками и вылившиеся в четырёхлетнюю братоубийственную бойню. Война Красной и Белой армии, долгие годы преподносившаяся советской идеологией в виде героической страницы нашей истории, сегодня рассматривается как национальная трагедия, не допустить повторение которой - долг каждого истинного патриота.

Начало крестного пути

По поводу конкретной даты начала Гражданской войны мнения историков расходятся, но традиционно принято называть последнюю декаду 1917 года. Эта точка зрения основана главным образом на трёх событиях, имевших место быть в данный период.

Среди них нужно отметить выступление сил генерала П.Н. Красного с целью подавления большевистского восстания в Петрограде 25 октября, затем 2 ноября - начало формирования на Дону генералом М.В. Алексеевым Добровольческой армии, и, наконец, последовавшую 27 декабря публикацию в газете «Донская речь» декларации П.Н. Милюкова, ставшей по существу объявлением войны.

Говоря о социально-классовой структуре офицерства, ставшего во главе Белого движения, следует сразу указать на ошибочность укоренившегося представления о том, что оно формировалось исключительно из представителей высшей аристократии.

Подобная картина ушла в прошлое после военной реформы Александра II, осуществлённой в период 60-70-х годов XIX века и открывшей путь к командным постам армии для представителей всех сословий. Например, один из главных деятелей Белого движения генерал А.И. Деникин был сыном крепостного крестьянина, а Л.Г. Корнилов вырос в семье хорунжего казачьего войска.

Социальный состав русского офицерства

Выработанный за годы советской власти стереотип, согласно которому, армия белых возглавлялась исключительно людьми, именовавшими себя «белой костью», является в корне неверным. В действительности они были представителями всех социальных слоёв общества.

В связи с этим уместно будет привести следующие данные: выпуск пехотных училищ последних двух предреволюционных лет на 65% состоял из бывших крестьян, в связи с чем из каждой 1000 прапорщиков царской армии около 700 были, что называется, «от сохи». Кроме того, известно, что на то же количество офицеров 250 человек являлись выходцами из мещанской, купеческой, а также рабочей среды, а лишь 50 - из дворян. О какой «белой кости» в таком случае могла идти речь?

Белая армия в начале войны

Начало Белого движения в России выглядело довольно скромно. По имеющимся данным, в январе 1918 года к нему примкнуло лишь 700 казаков, возглавляемых генералом А.М. Калединым. Объяснялось это полной деморализацией царской армии к концу Первой мировой войны и всеобщим нежеланием воевать.

Подавляющее большинство военнослужащих, включая и офицеров, демонстративно игнорировали приказ о мобилизации. Лишь с большим трудом к началу полномасштабных боевых действий Белая добровольческая армия смогла пополнить свои ряды до 8 тыс. человек, из которых примерно 1 тыс. была укомплектована офицерами.

Символика Белой армии была достаточно традиционна. В противовес красным знамёнам большевиков защитники прежнего миропорядка избрали себе бело-сине-красный стяг, являвшийся официальным государственным флагом России, утверждённым в своё время Александром III. Кроме того, символом их борьбы являлся и хорошо известный всем двуглавый орёл.

Сибирская повстанческая армия

Известно, что ответом на захват большевиками власти на территории Сибири стало создание во многих крупных её городах боевых подпольных центров, возглавляемых бывшими офицерами царской армии. Сигналом к их открытому выступлению послужило восстание Чехословацкого корпуса, сформированного в сентябре 1917 года из числа пленных словаков и чехов, выразивших тогда желание принять участие в борьбе с Австро-Венгрией и Германией.

Их мятеж, вспыхнувший на фоне всеобщего недовольства советской властью, послужил детонатором социального взрыва, охватившего Урал, Поволжье, Дальний Восток и Сибирь. На основе разрозненных боевых групп в короткий срок была сформирована Западно-Сибирская армия, во главе которой стал опытный военачальник генерал А.Н. Гришин-Алмазов. Её ряды стремительно пополнялись добровольцами и вскоре достигли численности 23 тыс. человек.

Очень скоро армия белых, объединившись с частями есаула Г.М. Семёнова, получила возможность контролировать территорию, простиравшуюся от Байкала до Урала. Она представляла собой огромную силу, состоявшую из 71 тыс. военных, поддерживаемых 115 тыс. местных добровольцев.

Армия, воевавшая на Северном фронте

В годы Гражданской войны боевые действия велись практически на всей территории страны, и, кроме Сибирского фронта, будущее России решалось также на Южном, Северо-Западном и Северном. Именно на нём, как свидетельствуют историки, произошла концентрация наиболее профессионально подготовленных военных кадров, прошедших Первую мировую войну.

Известно, что многие офицеры и генералы Белой армии, воевавшие на Северном фронте, попали туда с Украины, где избежали террора, развязанного большевиками, лишь благодаря помощи немецких войск. Этим во многом объяснялась их последующая симпатия к Антанте и отчасти даже германофильство, нередко служившие причиной конфликтов с другими военнослужащими. В целом же следует отметить, что армия белых, воевавшая на севере, отличалась сравнительной немногочисленностью.

Силы белых на Северо-Западном фронте

Белая армия, противостоявшая большевикам в северо-западных районах страны, в основном была сформирована благодаря поддержке немцев и после их ухода насчитывала порядка 7 тыс. штыков. Несмотря на то что, по оценкам специалистов, среди прочих фронтов этот отличался низким уровнем подготовки, на нём белогвардейским частям длительное время сопутствовала удача. Во многом этому способствовало большое количество добровольцев, вливавшихся в ряды армии.

Среди них повышенной боеспособностью отличались два контингента лиц: разочаровавшиеся в большевиках моряки флотилии, созданной в 1915 году на Чудском озере, а также перешедшие на сторону белых бывшие красноармейцы - кавалеристы отрядов Пермыкина и Балаховича. Значительно пополняли растущее войско местные крестьяне, а также подлежавшие мобилизации гимназисты старших классов.

Военный контингент на юге России

И, наконец, главным фронтом Гражданской войны, на котором решалась судьба всей страны, был Южный. Развернувшиеся на нём военные действия охватили территорию, равную по площади двум средним европейским государствам и имевшую население, превышавшее 34 млн человек. Важно отметить, что, благодаря развитой промышленности и многоплановому сельскому хозяйству, эта часть России могла существовать независимо от остальной страны.

Генералы Белой армии, воевавшие на этом фронте под командованием А.И. Деникина, были все без исключения высокообразованными военными специалистами, имевшими уже за спиной опыт Первой мировой войны. В их распоряжении находилась к тому же развитая транспортная инфраструктура, включавшая в себя железные дороги и морские порты.

Всё это являлось предпосылкой будущих побед, но общее нежелание воевать, а также отсутствие единой идеологической базы привели в итоге к поражению. Весь политически разношёрстный контингент войск, состоявших из либералов, монархистов, демократов и т. д., объединяла лишь ненависть к большевикам, не ставшая, к сожалению, достаточно прочным связующим звеном.

Армия, далёкая от идеала

Можно с уверенностью сказать, что Белая армия в Гражданской войне не сумела полностью реализовать заложенный в ней потенциал, и среди многих причин одной из главных являлось нежелание впускать в её ряды крестьян, составлявших большинство населения России. Те же из них, которым не удавалось избежать мобилизации, в скором времени становились дезертирами, в значительной степени ослаблявшими боеспособность своих частей.

Важно также учесть, что армия белых представляла собой крайне неоднородный состав людей как в социальном, так и в духовно-нравственном отношении. Наряду с истинными героями, готовыми жертвовать собой в борьбе с надвигавшимся хаосом, к ней примкнуло немало подонков, воспользовавшихся братоубийственной войной для совершения насилий, грабежей и мародёрства. Это также лишало армию всеобщей поддержки.

Надо признать, что Белая армия России далеко не всегда являла собой «святую рать», столь звучно воспетую Мариной Цветаевой. Об этом, кстати, писал в своих воспоминаниях и её муж - Сергей Эфрон, активный участник добровольческого движения.

Тяготы, понесённые белым офицерством

На протяжении почти столетия, миновавшего с тех полных драматизма времён, массовым искусством в сознании большинства россиян выработался определённый стереотип образа белогвардейского офицера. Он представляется, как правило, дворянином, затянутым в мундир с золотыми погонами, любимым занятием которого является пьянство и пение сентиментальных романсов.

В действительности всё обстояло иначе. Как свидетельствуют воспоминания участников тех событий, Белая армия в Гражданской войне столкнулась с необычайными трудностями, и исполнять свой долг офицерам приходилось при постоянной нехватке не только оружия и боеприпасов, но даже самых необходимых для жизни вещей - продовольствия и обмундирования.

Помощь, оказываемая Антантой, была не всегда своевременной и достаточной по своему объёму. Кроме того, на общий моральный настрой офицерства удручающе влияло сознание необходимости вести войну против собственного народа.

Кровавый урок

В годы, последовавшие за перестройкой, произошло переосмысление большинства событий российской истории, относящихся к революции и Гражданской войне. В корне изменилось отношение ко многим участникам той великой трагедии, прежде считавшимся врагами собственного Отечества. В наши дни не только командующие Белой армией, такие как А.В. Колчак, А.И. Деникин, П.Н. Врангель и им подобные, но и все те, кто шёл в бой под российским триколором, заняли достойное место в народной памяти. Сегодня важно, чтобы тот братоубийственный кошмар стал достойным уроком, и нынешнее поколение приложило все силы к тому, чтобы он никогда не повторился, какие бы ни кипели в стране политические страсти.

Гражданская война стала страшным испытанием для России. Эта страница истории, которую в течение долгих десятилетий героизировали, на деле была позорной. Братоубийство, многочисленные предательства, грабежи и насилие соседствовали в ней с подвигами и самопожертвованием. Армия белых состояла из людей разных - выходцев из всех сословий, представителей различных народностей, населявших огромную страну и имевших разное образование. Войска красных тоже не были однородной массой. Обе противоборствующие стороны испытывали во многом сходные трудности. В конце концов, через четыре года красные победили. Почему?

Когда началась Гражданская война

Когда речь идет о начале Гражданской войны, историки называют разные даты. К примеру, Краснов выдвинул подчиненные ему подразделения с целью взятия под контроль Петрограда 25 октября 1917 года. Или другой факт: генерал Алексеев прибыл на Дон для организации Добровольческой армии - это случилось 2 ноября. А вот еще Декларация Милюкова, опубликованная в газете «Донская речь» за 27 декабря. Чем не повод считать ее официальным объявлением войны В каком-то смысле эти три версии, как и многие другие, верны. В последние два месяца 1917 года сформировалась (а это не могло произойти одномоментно) Добровольческая Белая армия. В Гражданской войне она стала единственной серьезной силой, способной противостоять большевикам.

Личный состав и социальный срез Белой армии

Костяком белого движения было русское офицерство. Начиная с 1862-го его социально-классовая структура претерпевала изменения, но особой стремительности эти процессы достигли во время Первой мировой войны. Если в середине XIX столетия принадлежность к высшему военному руководству была уделом аристократии, то в начале следующего века в него стали все чаще допускать простолюдинов. Примером могут служить знаменитые командующие Белой армии. Алексеев - сын солдата, отцом Корнилова был хорунжий казачьего войска, а Деникина - крепостной крестьянин. Вопреки внедрявшимся в массовое сознание пропагандистским стереотипам, о какой-то «белой кости» и речи быть не могло. Офицеры Белой армии по своему происхождению могли представлять социальный срез всей Российской империи. Пехотные училища за период с 1916 по 1917 год выпустили 60 % выходцев из крестьянских семей. В Головина из тысячи прапорщиков (младших лейтенантов, по советской системе воинских званий) таковых было 700. Кроме них, из мещанской, рабочей и купеческой среды происходили 260 офицеров. Дворяне тоже были - четыре десятка.

Армия белых была основана и сформирована пресловутыми «кухаркиными детьми». Только пять процентов организаторов движения были людьми состоятельными и именитыми, доход остальных до революции состоял только из офицерского жалованья.

Скромный дебют

Офицерство вмешалось в ход политических событий сразу после Оно представляло собой организованную военную силу, главным преимуществом которой была дисциплина и наличие боевых навыков. Политических убеждений в смысле принадлежности к конкретной партии офицеры, как правило, не имели, но у них было желание навести в стране порядок и избежать развала державы. Что касается количества, то вся армия белых, по состоянию на январь 1918 года (поход генерала Каледина на Петроград), состояла из семи сотен казаков. Деморализация войск привела к практически полному нежеланию воевать. Не только рядовые солдаты, но и офицеры крайне неохотно (примерно 1 % от общего количества) подчинялись приказам о мобилизации.

К началу полномасштабных боевых действий Добровольческая белая армия насчитывала до семи тысяч солдат и казаков, которыми командовала тысяча офицеров. Никаких запасов продовольствия и вооружений у нее не было, как и поддержки со стороны населения. Казалось, скорый крах неизбежен.

Сибирь

После захвата власти красными в Томске, Иркутске и других сибирских городах, начали действовать подпольные антибольшевистские центры, созданные офицерами. корпуса стало сигналом для их открытого выступления против Советской власти в мае-июне 1918 года. Была создана Западносибирская армия (командующий - генерал А. Н. Гришин-Алмазов), в которую начали записываться добровольцы. Вскоре ее численность превысила 23 тысячи. К августу армия белых, объединившись с войсками есаула Г. М. Семенова, сформировалась в два корпуса (4-й Восточно-Сибирский и 5-й Приамурский) и контролировала огромную территорию от Урала до Байкала. Она насчитывала около 60 тыс. штыков, 114 тыс. невооруженных добровольцев под командованием почти 11 тыс. офицеров.

Север

Белая армия в Гражданской войне, помимо Сибири и Дальнего Востока, сражалась еще на трех основных фронтах: Южном, Северо-Западном и Северном. Каждый из них имел свою специфику как в плане оперативной обстановки, так и по контингенту. На северном театре военных действий сконцентрировались наиболее профессионально подготовленные офицеры, прошедшие Германскую войну. Помимо этого, они отличались прекрасным образованием, воспитанием и смелостью. Многие командиры Белой армии прибыли с Украины и были обязаны своим спасением от большевистского террора немецким войскам, чем объяснялось их германофильство, другие испытывали традиционные симпатии к Антанте. Такая ситуация порой становилась причиной конфликтов. Северная армия белых была относительно немногочисленной.

Северо-Западная Белая армия

Формировалась при поддержке германских вооруженных сил в противовес большевистской Красной Армии. После ухода немцев ее состав насчитывал до 7000 штыков. Это был наименее подготовленный белогвардейский фронт, которому, впрочем, сопутствовал временный успех. Моряки Чудской флотилии, в совокупности с кавалерийским отрядом Балаховича и Пермыкина, разочаровавшись в коммунистической идее, решили перейти на сторону белогвардейцев. К растущему войску примкнули и добровольцы-крестьяне, а затем были насильственно мобилизованы старшеклассники-гимназисты. Северо-Западная армия сражалась с переменным успехом и стала одним из примеров курьезности всей войны. Насчитывая 17 тыс. бойцов, она управлялась 34-мя генералами и многими полковниками, среди которых были и те, коим не исполнилось и двадцати лет.

Юг России

События на этом фронте стали решающими в судьбе страны. Население свыше 35 миллионов, территория, равная по площади паре крупных европейских стран, снабженная развитой транспортной инфраструктурой (морские порты, железные дороги) контролировались белыми силами Деникина. Юг России мог существовать отдельно от остальной территории бывшей Российской империи: он имел все для автономного развития, включая сельское хозяйство и промышленность. Генералы Белой армии, получившие прекрасное военное образование и многогранный опыт боевых действий с Австро-Венгрией и Германией, имели все шансы одерживать победы над зачастую малообразованными командирами противника. Однако проблемы были все те же. Воевать люди не хотели, единой идеологической платформы создать так и не удалось. Монархистов, демократов, либералов объединяло лишь стремление противостоять большевизму.

Дезертиры

И Красная, и Белая армия страдали одной болезнью: в них не хотели добровольно идти представители крестьянства. Принудительные мобилизации приводили к снижению общей боеспособности. Русские офицеры, независимо от традиционно составляли особую касту, далекую от солдатских масс, что вызывало внутренние противоречия. Масштабы карательных мер, применяемых к дезертирам, были чудовищными по обе стороны фронта, но большевики расстрелы практиковали чаще и решительнее, в том числе проявляя жестокость и по отношению к семьям сбежавших. К тому же, они были смелее в обещаниях. По мере роста числа принудительно призванных солдат, «размывавших» боеспособные офицерские полки, затруднялся контроль выполнения боевых задач. Резервов практически не было, снабжение ухудшалось. Были и другие проблемы, приведшие к поражению армии на Юге, который был последним оплотом белых.

Мифы и реальность

Образ белогвардейского офицера, одетого в безупречный китель, непременно дворянина со звучной фамилией, проводящего досуг в пьянстве и распевании романсов, далек от истины. Воевать пришлось в условиях постоянного дефицита оружия, боеприпасов, продовольствия, обмундирования и всего остального, без чего поддерживать армию в боеспособном состоянии трудно, если вообще возможно. Антанта поддержку оказывала, но помощи этой не хватало, плюс имел место и моральный кризис, выражавшийся в чувстве борьбы с собственным народом.

После поражения в Гражданской войне нашли спасение за границей Врангель и Деникин. Большевиками в 1920 году был расстрелян Александр Васильевич Колчак. Армия (Белая) с каждым кровопролитным годом утрачивала все новые территории. Все это привело к вынужденной эвакуации из Севастополя в 1922 году уцелевших частей некогда могущественного войска. Чуть позже были подавлены последние очаги сопротивления на Дальнем Востоке.

Многие песни Белой армии после определенной переделки текстов стали красногвардейскими. Слова «за Русь Святую» заменялись фразой «за власть Советов», подобная участь ожидала и другие замечательные получившие новые названия («По долинам и по взгорьям», «Каховка» и пр.) Сегодня, после десятилетий забвения, они доступны слушателям, интересующимся историей Белого движения.

26 января 1920 на разъезде Утай в Иркутской губернии от двустороннего воспаления легких скончался один из ближайших соратников Верховного правителя России адмирала Александра Колчака, главнокомандующий Белыми войсками в Сибири 36-летний генерал-лейтенант Владимир Каппель. Большинству современников его имя памятно по сцене бесстрашной «психической» атаки офицеров-каппелевцев из фильма «Чапаев». Помните восхищенное восклицание киношного красного пулеметчика: «Красиво идут. Интеллигенция!».

Однако мало кто знает, что Владимир Оскарович Каппель остался в истории не только как непримиримый борец с большевиками. Он был одним из героев Первой мировой войны. К примеру, в 1916 году в штабе Юго-Западного фронта Каппель участвовал в разработке плана знаменитого «Брусиловского прорыва» — самого крупного успеха русских войск в тех боевых действиях.

Убежденный монархист Каппель не принял ни Февральской, ни Октябрьской революции. 2 октября 1917 года он оставил службу и уехал к семье в Пермь. Но уже летом 1918 года оказался в Белой армии. В августе того же года офицерские добровольческие отряды под его командованием в Казани захватили вагоны с золотым запасом Российской империи. В советских газетах Каппеля стали называть «маленьким Наполеоном».

С ноября 1918 года генерал сражался на Урале и в Сибири рядом с Верховным правителем России адмиралом Колчаком. Командовал корпусом, армией, фронтом. В многомесячном отступлении белогвардейцев к Тихому океану, названном Великим Сибирским Ледяным походом, тяжело заболел. Обмороженному Каппелю пришлось ампутировать стопу левой и пальцы правой ног. Причем — без наркоза, поскольку не было медикаментов. Но всего через несколько дней после операции генерал продолжал командовать войсками.

После смерти Каппеля отступающие белогвардейцы во избежание поругания не стали хоронить тело любимого генерала на территории, которую пришлось оставлять противнику. Упокоился Владимир Оскарович лишь в китайском городе Харбин. В 2006 году перезахоронен в Донском монастыре в Москве рядом с генералом Антоном Деникиным.

Однако многие другие вожди Белой гвардии до крушения империи тоже успели славно повоевать на фронтах русско-японской и Первой мировой. Мы решили вспомнить боевые подвиги наиболее геройских из них.

1. Генерал от инфантерии Николай Юденич

Командовал полком в русско-японскую войну, награжден Золотым оружием за храбрость. С начала Первой мировой войны — командующий Кавказской армией. Войска под его командованием с боями успешно продвигались по территории Турции. 13−16 февраля 1916 года Юденич выиграл крупное сражение под Эрзерумом, а 15 апреля того же года его солдаты овладели Трапезундом.

После Февральской революции отправлен в отставку Александром Керенским, как ярый противник нововведений в армии.

С января 1919 года — лидер Белого движения на Северо-Западе России с диктаторскими полномочиями. 5 июня 1919 года Верховный правитель адмирал Колчак известил Юденича телеграммой о его назначении «Главнокомандующим всеми русскими сухопутными, морскими вооружёнными силами против большевиков на Северо-Западном фронте».

В сентябре-октябре 1919 года организовал поход на Петроград. Дошел до Пулковских высот, но преданный руководством Финляндии и Эстонии, которые опасались великодержавных взглядов русского генерала, остался без резервов и снабжения. Поэтому вынужден был отступить. Войска Юденича были интернированы эстонцами.

2. Генерал от инфантерии Лавр Корнилов

С 1898 по 1904 год занимался военной разведкой в Туркестане. Совершил ряд разведывательных экспедиций в Афганистан и Персию. В качестве военного агента работал против англичан в Индии и Китае.

В русско-японскую войну командовал бригадой. В сражении под Мукденом именно корниловцам было поручено в арьергарде прикрывать отход наших войск.

Первую мировую встретил командиром пехотной дивизии в Карпатах. Лично водил своих солдат в атаки. В ноябре 1914 года в ночном бою при Такошанах группа добровольцев под командованием генерала Корнилова прорвала позиции неприятеля и захватила в плен 1200 австрийских солдат.

За стойкость его соединение вскоре получило официальное наименование «Стальная дивизия».

В апреле 1915 года в Карпатах генерал Корнилов повел один из своих батальонов в штыковую атаку. Был ранен в руку и ногу и оказался в австрийском плену. Был отправлен в лагерь под Веной. Совершил две безуспешные попытки побега. Удачей завершилась лишь третья — в июле 1916 года.

В начале 1917 года стал главнокомандующим Петроградским военным округом. Но в конце апреля отказался от этой должности, «не считая возможным для себя быть невольным свидетелем и участником разрушения армии». Уехал на фронт командовать 8-й ударной армией.

19 июля 1917 года назначен Верховным главнокомандующим. Для восстановления порядка в войсках ввел смертную казнь. Многие увидели в генерале последнюю надежду на спасение России. И потому в августе поддержали его попытку выйти из подчинения Временному правительству, вошедшую в историю как «корниловский мятеж». Увы, попытка не удалась и Корнилова арестовали.

После Октябрьской революции генерал пробрался на Дон и принялся организовывать Добровольческую армию. 31 марта 1918 года убит при штурме Екатеринодара.

3. Адмирал Александр Колчак

Крупный исследователь Арктики. За участие в полярных экспедициях награжден орденом Святого Владимира 4-й степени и Константиновской медалью.

В русско-японскую войну — командир миноносца «Сердитый». 1 мая 1904 года корабль Колчака участвовал в постановке минного заграждения у Порт-Артура. Вскоре на русских минах подорвались японские броненосцы «Хацусэ» и «Ясима», что стало самым крупным успехом Тихоокеанской эскадры в той войне. Затем по расчетам Колчака «Сердитый» самостоятельно выставил минную банку. Через три месяца на ней получил пробоину и затонул японский крейсер «Такасаго»

За подвиги в той войне Александр Васильевич награждён орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость» и Георгиевским оружием.

Первую мировую встретил флаг-капитаном по оперативной части при командующем Балтийским флотом. Вновь проявил себя мастером минной войны. В феврале 1915 года отряд кораблей под командованием Колчака выставил 200 мин на подходах к Данцигской бухте. Вскоре на них один за другим подорвались четыре крейсера, восемь миноносцев и 23 транспорта Германии.

Осенью 1915 года в качестве командира Минной дивизии руководил высадкой десанта на занятый немцами южный берег Рижского залива.

31 мая 1916 года с отрядом в составе миноносцев «Новик», «Олег» и «Рюрик» Александр Васильевич за полчаса разгромил крупный германский конвой, шедший из Швеции. В результате вражеские перевозки на этом маршруте были остановлены до конца войны.

С сентября 1916 года — командующий Черноморским флотом. Русским на Черном море очень досаждали германские линейные крейсера «Гебен» и «Бреслау», базировавшиеся в Турции. По отработанным на Балтике методикам Колчак провел минирование Босфора. На этом заграждении подорвался вначале «Гебен», а затем и шесть вражеских подлодок. Набеги на наше побережье прекратились.

После Февральской революции был вынужден оставить службу.

С 1918 года — Верховный правитель России. 15 января 1920 в Иркутске был предан союзниками и выдан местному эсеро-меньшевистскому руководству. По мнению историков, это произошло потому, что вместе с вагоном адмирала следовал поезд с золотым запасом России. И Колчак не раз заявлял, что не допустит вывоза принадлежащих народу ценностей за рубеж.

4. Генерал-майор Михаил Дроздовский

В русско-японскую войну в составе 34-го Восточно-Сибирского полка отличился в боях у деревень Хейгоутай и Семапу, за что награждён орденом Святой Анны 4-й степени с надписью «За храбрость». У деревни Семапу ранен в бедро.

В 1913 г. окончил Севастопольскую авиационную школу, где освоил полеты на аэроплане и воздушном шаре. Не раз лично участвовал в корректировке артиллерийского огня с воздуха.

С мая 1915 года — начальник штаба 64-й пехотной дивизии. В одном из боевых документов про Дроздовского сказано: «Приказом командующего 10-й армией 2 ноября 1915 года за № 1270 награждён Георгиевским оружием за то, что, принимая непосредственное участие в бою 20 августа 1915 года у местечка Оханы, произвёл под действительным артиллерийским и ружейным огнём рекогносцировку переправы через Месечанку, руководя форсированием её, а затем, оценив возможность захвата северной окраины местечка Оханы, лично руководил атакой частей Перекопского полка и умелым выбором позиции способствовал действиям нашей пехоты, отбивавшей в течение пяти дней наступавшие части превосходных сил противника».

С 6 апреля 1917 года — командир 60-го Замосцкого пехотного полка. За тяжелый бой 11 июля 1917 года по прорыву немецких позиций награждён орденом Святого Георгия 4-й степени.

Октябрьскую революцию встретил на Румынском фронте. С первого дня занялся формированием добровольческих офицерских отрядов. Отряд 2500 добровольцев из Ясс с боями привел на Дон и присоединился к Белой армии Деникина. Скончался от ран 8 января 1919 года.

В постсоветский период в России началась переоценка событий и итогов Гражданской войны. Отношение к деятелям Белого движения стало меняться на прямо противоположное — теперь о них снимают картины, в которых те предстают бесстрашными рыцарями без страха и упрека.

В то же время многие очень плохо знают о том, как сложилась судьба самых известных лидеров Белой армии. Далеко не всем из них удалось сохранить честь и достоинство после поражения в Гражданской войне. Некоторым был уготован бесславный конец и несмываемый позор.

Александр Колчак

5 ноября 1918 года адмирал Колчак был назначен военным и морским министром так называемой уфимской Директории — одного из антибольшевистских правительств, созданных во время Гражданской войны.

18 ноября 1918 года произошел переворот, в результате которого Директория была упразднена, а сам Колчак был наделен званием Верховного правителя России.

С осени 1918 до лета 1919 году Колчаку удавалось успешно вести военные действия против большевиков. При этом на территории, которую контролировали его войска, практиковались методы террора против политических противников.

Серия военных неудач во второй половине 1919 года привела к потере всех ранее захваченных территорий. Репрессивные методы Колчака спровоцировали волну восстаний в тылу Белой армии, причем зачастую во главе этих выступлений стояли не большевики, а эсеры и меньшевики.

Колчак планировал добраться до Иркутска, где собирался продолжить сопротивление, однако 27 декабря 1919 года власть в городе перешла к Политцентру, в состав которого входили большевики, меньшевики и эсеры.

4 января 1920 года Колчак подписал свой последний указ — о передаче верховной власти генералу Деникину. Под гарантии представителей Антанты, обещавших вывезти Колчака в безопасное место, бывший Верховный правитель 15 января прибыл в Иркутск.

Здесь он был выдан Политцентру, и помещен в местную тюрьму. С 21 января начались допросы Колчака Чрезвычайной следственной комиссией. После окончательного перехода власти в Иркутске в руки большевиков участь адмирала была предрешена.

В ночь 6 на 7 февраля 1920 года 45-летний Колчак был расстрелян по постановлению Иркутского военно-революционного комитета большевиков.

Генерального штаба генерал-лейтенант В.О. Каппель. Зима 1919 года Фото: Commons.wikimedia.org

Владимир Каппель

Генерал Каппель получил известность благодаря популярному в СССР фильму «Чапаев», где была запечатлена так называемая «психическая атака» — когда цепи каппелевцев двигались на врага без единого выстрела.

У «психической атаки» были довольно приземленные причины — части белогвардейцев серьезно страдали от дефицита боеприпасов, и подобная тактика являлась вынужденным решением.

В июне 1918 года генерал Каппель организовал отряд добровольцев, который впоследствии был развёрнут в Отдельную стрелковую бригаду Народной армии Комуча. Комитет членов Всероссийского Учредительного собрания (Комуч) стал первым антибольшевистским правительством России, а подразделение Каппеля — одним из самых надежных в его армии.

Любопытный факт — символом Комуча было красное знамя, а в качестве гимна использовался «Интернационал». Так что генерал, ставший одним из символом Белого движения, Гражданскую войну начинал под красным знаменем.

После того, как антибольшевистские силы на востоке Россси были объединены под общим управлением адмирала Колчака, генерал Каппель возглавил 1-й Волжский корпус, впоследствии названный «Каппелевским».

Каппель оставался до конца верным Колчаку. После ареста последнего, генерал, получивший к тому времени под начало весь разваливающийся Восточный фронт, предпринял отчаянную попытку спасения Колчака.

В условиях сильнейших морозов Каппель повел свои войска на Иркутск. Двигаясь по руслу реки Кан, генерал провалился в полынью. Каппель получил обморожение, развившее в гангрену. После ампутации ступни он продолжил руководить войсками.

21 января 1920 года Каппель передал командование войсками генералу Войцеховскому. К гангрене добавилось сильнейшее воспаление легких. Уже умирающий Каппель настаивал на продолжении марша на Иркутск.

36-летний Владимир Каппель скончался 26 января 1920 года на разъезде Утай, около станции Тулун близ города Нижнеудинска. Его войска были разбиты красными на подступах к Иркутску.

Лавр Корнилов в 1917 году. Фото: Commons.wikimedia.org

Лавр Корнилов

После неудачи своего выступления Корнилов был арестован, и период с 1 сентября по ноябрь 1917 года генерал и его сподвижники провели под арестом в Могилёве и Быхове.

Октябрьская революция в Петрограде привела к тому, что противники большевиков решили освободить ранее арестованных генералов.

Оказавшись на свободе, Корнилов отправился на Дон, где приступил к созданию Добровольческой армии для войны с большевиками. Фактически Корнилов стал не только одним из организаторов Белого движения, но одним их тех, кто развязал Гражданскую войну в России.

Корнилов действовал чрезвычайно жесткими методами. Участники так называемого Первого Кубанского «Ледяного» похода вспоминали: «Все большевики, захваченные нами с оружием в руках, расстреливались на месте: в одиночку, десятками, сотнями. Это была война «на истребление».

Корниловцы применяли тактику устрашения к мирному населению: в воззвании Лавра Корнилова жители предупреждались, что любое «враждебное действие» к добровольцам и действующим вместе с ними казачьим отрядам будет караться расстрелами и сожжением селений.

Участие Корнилова в Гражданской войне получилось непродолжительным — 31 марта 1918 года 47-летний генерал был убит при штурме Екатеринодара.

Генерал Николай Николаевич Юденич. 1910-е гг. Фото из фотоальбома Александра Погоста. Фото: Commons.wikimedia.org

Николай Юденич

Генерал Юденич, во время Первой Мировой войны успешно действовавший на Кавказском театре военных действий, летом 1917 года вернулся в Петроград. Оставался он в городе и после Октябрьской революции, перейдя на нелегальное положение.

Лишь в начале 1919 года он выехал в Гельсингфорс (ныне Хельсинки), где в конце 1918 года был организован «Русский комитет» — еще одно антибольшевистское правительство.

Юденич был провозглашен главой Белого движения на Северо-Западе России с диктаторскими полномочиями.

К лету 1919 года Юденич, получив финансирование и подтверждение своих полномочий от Колчака, создала так называемую Северо-Западную армию, перед которой ставилась задача захвата Петрограда.

Осенью 1919 года Северо-Западная армия предприняла поход на Петроград. К середине октября войска Юденича вышли на Пулковские высоты, где были остановлены резервами Красной Армии.

Фронт белых был прорван, и началось стремительное отступление. Судьба армии Юденича была трагичной — прижатые к границе с Эстонией части вынуждены были перейти на территорию этого государства, где были интернированы и помещены в лагеря. В этих лагерях погибли тысячи военных и гражданских лиц.

Сам Юденич, объявив о роспуске армии, через Стокгольм и Копенгаген выехал в Лондон. Затем генерал перебрался во Францию, где и обосновался.

В отличие от многих сподвижников, Юденич в эмиграции отошел от политической жизни.

Проживая в Ницце, он возглавлял Общество ревнителей русской истории.

Деникин в Париже, 1938 год. Фото: Commons.wikimedia.org

Антон Деникин

Генерал Антон Деникин, являвшийся одним из соратников генерала Корнилова по попытке переворота лета 1917 года, оказался в числе тех, кто был арестован, а затем выпущен на свободу после прихода к власти большевиков.

Вместе с Корниловым он отправился на Дон, где стал одним из создателей Добровольческой армии.

К моменту гибели Корнилова при штурме Екатеринодара, Деникин был его заместителем и принял на себя командование Добровольческой армией.

В январе 1919 года при реорганизации сил белых Деникин стал командующим Вооруженных сил Юга России — признанным западными союзниками «номером два» в Белом движении после генерала Колчака.

Наиболее крупные успехи Деникина пришлись на лето 1919 года. После серии побед в июле он подписал «Московскую директиву» — план взятия столицы России.

Захватив большие территории южной и центральной России, а также Украины, войска Деникина в октябре 1919 года подошли к Туле. Большевики всерьез рассматривали планы по оставлению Москвы.

Однако поражение в Орловско-Кромском сражении, где громко заявила о себе конница Буденного, привела к столь же стремительному отступлению белых.

В январе 1920 года Деникин получил от Колчака права Верховного Правителя России. При этом дела на фронте шли катастрофически. Начатое в феврале 1920 года наступление закончилось неудачей, белые были отброшены в Крым.

Союзники и генералитет требовали от Деникина передачи власти преемнику, в качестве которого был выбран Петр Врангель .

4 апреля 1920 года Деникин передал все полномочия Врангелю, и в тот же день на английском миноносце навсегда покинул Россию.

В эмиграции Деникин отошел от активной политики, занявшись литературой. Им были написаны книги по истории Русской армии дореволюционных времен, а также по истории Гражданской войны.

В 1930-х годах Деникин, в отличие от многих других лидеров белой эмиграции, выступал за необходимость поддержки Красной армии против любого иностранного агрессора, с последующим пробуждением русского духа в рядах этой армии, который, по замыслу генерала, и должен свергнуть большевизм в России.

Вторая Мировая война застала Деникина на территории Франции. После нападения Германии на СССР он несколько раз получал от гитлеровцев предложение о сотрудничестве, но неизменно отвечал отказом. Бывших единомышленников, вступивших в союз с Гитлером, генерал именовал «мракобесами» и «гитлеровскими поклонниками».

После окончания войны Деникин выехал в США, опасаясь, что может быть выдан Советскому Союзу. Однако правительство СССР, зная о позиции Деникина в годы войны, никаких требований о его выдаче союзникам не выдвигало.

Антон Деникин умер 7 августа 1947 года в США в возрасте 74 лет. В октябре 2005 по инициативе президента РФ Владимира Путина останки Деникина и его жены были перезахоронены в Донском монастыре Москвы.

Пётр Врангель. Фото: Public Domain

Петр Врангель

Барон Петр Врангель, известный как «черный барон» из-за ношения черной казачьей черкески с газырями, стал последним лидером Белого движения на территории России в период Гражданской войны.

В конце 1917 года Врангель, покинувший, проживал в Ялте, где и был арестован большевиками. Вскоре барон вышел на свободу, так как большевики не нашли в его действиях какого-либо состава преступления. После оккупации Крыма германской армией, Врангель уехал в Киев, где сотрудничал с правительство гетмана Скоропадского. Лишь после этого барон решил присоединиться к Добровольческой армии, в которую вступил в августе 1918 года.

Успешно командуя белой конницей, Врангель стал одним из самых влиятельных военачальников, и вступил в конфликт с Деникиным, не сойдясь с ним в планах дальнейших действий.

Конфликт кончился тем, что Врангель был отстранен от командования и уволен в отставку, после чего уехал в Константинополь. Но весной 1920 года союзники, недовольные ходом боевых действий, добились отставки Деникина и замены его на Врангеля.

Планы барона были обширными. Он собирался создать в Крыму «альтернативную Россию», которая должна была выиграть конкурентную борьбу у большевиков. Но ни в военном, ни в экономическом плане эти проекты были нежизнеспособными. В ноябре 1920 года вместе с остатками разбитой Белой армии Врангель покинул Россию.

«Черный барон» рассчитывал на продолжение вооруженной борьбы. В 1924 году он создал Русский общевоинский союз (РОВС) объединивший большинство участников Белого движения в эмиграции. Насчитывавший десятки тысяч членов, РОВС был серьезной силой.

Осуществить планы продолжения Гражданской войны Врангелю не удалось — 25 апреля 1928 года в Брюсселе он скоропостижно скончался от туберкулеза.

Атаман ВВД, генерал от кавалерии П.Н. Краснов. Фото: Commons.wikimedia.org

Петр Краснов

После Октябрьской революции Петр Краснов, являвшийся командующим 3-м конным корпусом, по приказу Александра Керенского двинул войска не Петроград. На подступах к столице корпус был остановлен, а сам Краснов арестован. Но затем большевики не только освободили Краснова, но и оставили его во главе корпуса.

После демобилизации корпуса уехал на Дон, где продолжил антибольшевистскую борьбу, согласившись возглавить восстание казаков после захвата и удержания ими Новочеркасска. 16 мая 1918 года Краснов был избран атаманом Донского казачества. Вступив сотрудничество с немцами, Краснов провозгласил Всевеликое Войско Донское как самостоятельное государство.

Однако после окончательного поражения Германии в Первой Мировой войне Краснову пришлось срочно менять политическую линию. Краснов согласился на присоединение Донской армии к Добровольческой, и признал верховенство Деникина.

Деникин, однако, сохранил недоверие к Краснову, и заставил его подать в отставку в феврале 1919 года. После этого Краснов уехал к Юденичу, а после поражения последнего перебрался в эмиграцию.

В эмиграции Краснов сотрудничал с РОВСом, был одним из основателей «Братства Русской Правды» — организации, занимавшейся подпольной работой в Советской России.

22 июня 1941 года Петр Краснов выступил с воззванием, в котором говорилось: «Я прошу передать всем казакам, что эта война не против России, но против коммунистов, жидов и их приспешников, торгующих Русской кровью. Да поможет Господь немецкому оружию и Хитлеру! Пусть совершат они то, что сделали для Пруссии Русские и Император Александр I в 1813 г.»

В 1943 году Краснов стал начальником Главного управления казачьих войск Имперского Министерства Восточных оккупированных территорий Германии.

В мае 1945 года Краснов вместе с другими коллаборационистами был захвачен англичанами и выдан Советскому Союзу.

Военной коллегией Верховного суда СССР Петр Краснов был приговорен к смертной казни. Вместе со своими подельниками 77-летний гитлеровский приспешник был повешен в Лефортовской тюрьме 16 января 1947 года.

Фото А. Г. Шкуро, сделанное МГБ СССР после ареста. Фото: Commons.wikimedia.org

Андрей Шкуро

При рождении генерал Шкуро имел менее благозвучную фамилию — Шкура.

Дурную славу Шкуро заработал, как ни странно, еще в годы Первой Мировой войны, когда командовал Кубанский конным отрядом. Его рейды подчас были не согласованы с командованием, а бойцы были замечены в неблаговидных поступках. Вот что вспоминал о том периоде барон Врангель: «Отряд полковника Шкуро во главе со своим начальником, действуя в районе XVIII корпуса, в состав которого входила и моя Уссурийская дивизия, большей частью болтался в тылу, пьянствовал и грабил, пока, наконец, по настоянию командира корпуса Крымова, не был отозван с участка корпуса».

В годы Гражданской войны Шкуро начинал с партизанского отряда в районе Кисловодска, который разросся до крупного соединения, примкнувшего летом 1918 года к армии Деникина.

Привычки Шкуро не изменились: успешно действуя в рейдах, его так называемая «волчья сотня» прославилась также тотальными грабежами и немотивированными расправами, перед которыми бледнеют подвиги махновцев и петлюровцев.

Закат Шкуро начался в октябре 1919 года, когда его конница была разбита Буденным. Началось повальное дезертирство, из-за чего под началом Шкуро осталось всего несколько сотен человек.

После прихода к власти Врангеля Шкуро был уволен из армии, и уже в мае 1920 года оказался в эмиграции.

За границей Шкуро перебивался случайными заработками, был наездником в цирке, статистом в немом кино.

После нападения Германии на СССР Шкуро вместе с Красновым выступил за сотрудничество с Гитлером. В 1944 году специальным указом Гиммлера Шкуро был назначен начальником Резерва казачьих войск при Главном штабе войск СС, зачислен на службу как группенфюрер СС и генерал-лейтенант войск СС с правом ношения немецкой генеральской формы и получением содержания по этому чину.

Шкуро занимался подготовкой резервов для казачьего корпуса, осуществлявшего карательные акции против югославских партизан.

В мае 1945 года, Шкуро вместе с другими казаками-коллаборационистами был арестован англичанами и передан Советскому Союзу.

Проходя по одному делу с Петром Красновым, 60-летний ветеран рейдов и грабежей разделил его участь — Андрей Шкуро был повешен в Лефортовской тюрьме 16 января 1947 года.

"Мы - только беспечные ландскнехты", - отвечал на допросах один из красных военспецов бывший генерал А. А. Свечин.

Кто победит: "мы" - или "они"? Кому придется грызть заплесневевшие сухари и мыкаться по ночлежкам на чужбине или болтаться в петле на Родине? Что же, наконец, дальше?

В 1919 году, в самый разгар гражданской войны, эти вопросы мучили подавляющее большинство населения при казавшей долго жить Российской империи.

Но если мирным жителям и солдатским массам враждующих сторон ничего серьезного не грозило, то их командирам, бывшим генералам и офицерам, в лучшем случае улыбалось премиленькое будущее на каторге.

Сделанный в 1918 году под угрозой немецкого нашествия выбор в пользу РККА в ходе гражданской войны вполне мог обернуться для военспецов репрессиями со стороны белых.

Моральное состояние многих бывших генералов и офицеров было не из лучших. Вот что писал о своих впечатлениях от разговоров с военспецами публицист Ф. Степун:

"Слушали и возражали в объективно-стратегическом стиле, но по глазам и за глазами у всех бегали какие-то странные, огненно-загадочные вопросы, в которых перекликалось и перемигивалось все - лютая ненависть к большевикам с острою завистью к успехам наступающих добровольцев.

Желание победы своей, оставшейся в России офицерской группе над офицерами Деникина с явным отвращением к мысли, что победа своей группы будет и победой совсем не своей Красной Армии; боязнь развязки - с твердой верою: ничего не будет, что ни говори, наступают свои".

Военспецов, по убеждениям перешедших к большевикам, было сравнительно немного. Из старых военачальников таких было мало, зато молодые генштабисты, капитаны и полковники, царской армии, получившие в РККА должности, о которых они в прежние времена и мечтать не могли, становились верными сторонниками советской власти.

Временем рождени "идейных" большевистских военспецов нужно считать июнь-июль 1919 года, когда РККА терпела поражение на Южном фронте гражданской войны, а над Петроградом нависла реальная угроза захвата его белыми.

Из-за этого в июне-июле 1919 года прокатились массовые аресты военспецов, занимавших различные ответственные посты.

К букету неприятностей большевиков добавился и ряд предательств: переход к белым 19 июня командующего 9-й армией, бывшего полковника Н. Д. Всеволодова и бегство через линию фронта 10 августа начальника штаба 8-й армии, бывшего полковника А. С. Нечволодова.

Стоит отметить, что 8-й армии вообще жутко не везло на начальников штабов: еще в октябре 1918 года с этой должности к белым сбежал В. В. Вдовьев-Кабардинцев, а в марте 1919-го - В. А. Желтышев.

Еще одним сильным ударом было бегство уже из штаба Южного фронта бывшего генерала и профессора Военной академии В. Е. Борисова.

Летом 1919 года советская власть была обеспокоена двумя проблемами: где найти надежных военспецов и на кого свалить неудачи на фронтах гражданской войны.

Обе задачи большевики выполнили удачно. Рокировка командного состава РККА дала блестящие для большевиков результаты - наконец они получили тех военспецов, которые служили им без всяких оговорок.

Главкомом Красной Армии стал бывший командующий Восточным фронтом генерал и генштабист Сергей Сергеевич Каменев. Фронты гражданской войны возглавили: Южный - бывший генерал-лейтенант В. Н. Егорьев, Восточный - бывший генерал-майор В. А. Ольдерогге, командующим Западного фронта остался бывший генерал-лейтенант Д. Н. Надежный.

Названные здесь бывшие офицеры и генералы, ставшие командующими фронтами, не изменили советской власти. Тем не менее, двое из них, а именно - В. А. Ольдерогге и Д. Н. Надежный арестовывались по делу "Весна", а С. С. Каменев в 1937 году был посмертно объявлен врагом народа.

Среди молодых офицеров процент приверженцев большевиков был несколько выше. Вот что рассказал об этом на допросах по делу - "Весна" бывший полковник А. Д. Тарановский:

"Я полагаю, что старый профессорско-преподавательский состав, пожалуй, был бы не прочь остаться на месте при входе Деникина и надеялся себя реабилитировать перед ним.

Что же касается молодого состава генштабистов, то тут бы, без сомнения, произошло разделение, и большая часть, на случай оставления Москвы, ушла бы с отходящими частями Красной Армии, обороняясь на линии Волги, и, может быть, дальше на Восток, т.к. их сверстники в Деникинской армии давно уже были испечены в генералы и служба их там была бы трудна". (ГАСБУ, фп, д. 67093, т. 248(187), с.27-об.)

Многим бывшим штаб и обер-офицерам льстили должности, предлагаемые большевиками. Особенно - когда им поручали быть командующими или начальниками штабов армий.

И здесь-то военспецы выкладывались на полную катушку, стремясь... нет, не принести большевикам победу, а доказать тем "старым хрычам", сидящим по другую линию фронта, что и они, молодые, на что-то способны.

Вот что рассказал на допросах уже упоминавшийся Сергей Дмитриевич Харламов: "Переведенный на фронт (штаб 15 армии, переформированной из 15 Латармии) я сразу за жил интересами армии.

О моей работе в 15 армии и политическом лице моем могут дать показания т. Берзин (начальник 4 управления штаба РККА), т. Данишевский К. К. и ряд других работников 15 армии.

Получение ответственной должности командующего 7 армии, должности, о которой я не мое бы и мечтать в старое царское время, окончательно делает меня не только просто лояльным гражданином, но и побуждает стремиться к скорейшему дальнейшему достижению побед над врагом.

Неудача обороны Нарвы и прорыв фронта войсками ген. Юденича (мой наштарм Люденквист оказался прохвостом, изменником и работал не на меня, а на Юденича) сильно меня обескураживает.

Приехавшего Председателя Революционного Совета Троцкого я прошу дать мне честь драться с противником хотя бы батальоном или полком. Получаю Колпинскую группу, бью войска Юденича под Павловском, Детским Селом, Гатчиной. Неожиданно получаю орден Красного Знамени.

В 20-м году перебрасываюсь на Юго-Западный фронт и назначаюсь начальником штаба Украинской Трудовой армии. Увлеченный работой по социалистической стройке и восстановлению Советского Народного Хозяйства начинаю заражаться энтузиазмом рабочих, не хвастаясь, могу сказать, что работаю здесь на совесть". (ГАСБУ, фп, д. 67093, т. 172, дело Харламова С. Д., с.15-об-17.)

Таким образом, летом 1919 года в РККА появились военспецы, готовые идти с большевиками до конца.

К весне 1920 года численность военспецов в РККА значительно сократилась за счет естественных потерь, репрессий со стороны большевиков и перебежчиков.

К 1 сентября 1919 года в Красную Армию было призвано 35502 бывших офицера (Директивы командования фронтов Красной Армии. - М., 1978, - Т. 4. - С. 274).

Но подготовленных командных кадров в распоряжении РККА больше не было. Поэтому весной 1920 года в армию стали в массовом порядке принимать бывших белых офицеров из армий, капитулировавших в Сибири, под Одессой и на Кавказе.

Как свидетельствуют многочисленные авторы, к началу 1921 года таковых было принято 14390 человек (Ефимов Н. А. Командный состав Красной Армии 1928. - Т. 2. - С. 95). Впрочем, бывшие белые офицеры принимались в ряды РККА лишь до августа 1920 года.

В РККА стали сотнями вступать бывшие, в том числе и белые офицеры. Большая их часть отправлялась на Западный фронт для борьбы с поляками. На Южном фронте, против Врангеля, в основном оставались старые, проверенные военспецы.

Из, в прошлом видных белых генералов, в 1920 году на службу к большевикам вступили: бывшие командующий Кубанской армией Н. А. Морозов, начальник штаба Уральской армии В. И. Моторный, командир корпуса в Сибирской армии И. Г. Грудзинский и многие другие.

А всего во время Польской кампании к РККА пришло одних бывших белых генштабистов 59 человек, из них - 21 генерал. (Список лиц с высшим общим образованием в РККА к 1.03.1923. - М., 1923). Все они сразу же отправлялись на ответственные штабные должности.

Первоначально боевые действия как против армий Врангеля, так и против войск Петлюры с поляками вел Юго-Западный фронт. Командующим фронтом был в прошлом подполковник царской армии, будущий маршал Советского Союза Александр Ильич Егоров.

Должность его начальника штаба занимал бывший полковник Генштаба Николай Николаевич Петин. Членом Реввоенсовета фронта был сам Иосиф Виссарионович Сталин.

Егоров и Петин были опытными и талантливыми военачальниками. Оба они по разным причинам порывать с красными не собирались, А. И. Егоров, похоже, был обычным "служакой".

В 1905-1909 годах, будучи младшим офицером, а затем командиром роты, он участвовал в подавлении революционных восстаний на Кавказе. Причем собственноручно командовал расстрелами манифестаций.

В период Первой мировой войны, будучи на позициях, Александр Ильич написал талантливый очерк истории родного полка, и на его страницах распылялся в верноподданнических чувствах.

Наконец, в 1917 году Егоров, избранный в Совет солдатских депутатов, неоднократно менял свою политическую позицию, и до того как вступить в партию большевиков, успел побыть левым эсером.

Были ли у полковника генштаба Николая Николаевича Петина причины недолюбливать старый строй - неизвестно. Но из его боевой биографии явствует, что в Первую мировую он был очень хорошим штабным работником, причем прошел все стадии штабной службы от начальника штаба дивизии до офицера штаба Верховного главнокомандующего.

Чина полковника к окончанию войны на русском фронте ему было явно мало, тем более что большинство сокурсников Николая Николаевича по Николаевской военной академии к тому времени были уже генералами.

Впрочем, о позиции Петина можно судить и из одного любопытного архивного документа. В начале июля 1920 года начальник штаба Врангеля и бывший сослуживец Петина генерал П. С. Махров тайно передал Николаю Николаевичу просьбу посодействовать белым в их борьбе с большевиками.

И вот что Петин ответил: "...я принимаю за личное для себя оскорбление Ваше предположение, что я могу служить на высоком ответственном посту в Красной Армии не по совести, а по каким-либо другим соображениям. Поверьте, что если бы я не прозрел, то находился бы либо в тюрьме, или в концентрационном лагере.

С того самого момента, когда Вы с гене ралом Стоговым выехали из Бердичева перед вступлением туда призванных Украинской Радой немцев и австрийцев, я решил, что ничто не может оторвать меня от народа, и отправился с оставшимися сотрудниками в страшную для нас в то время, но вместе с сим родимую Советскую Россию.